из своего терему увидел, что его любимые луга травят какие-то люди, тотчас отряжат ближнего своего спросить, что за люди? Тот приехал на луга, подошел к Илье Муромцу, спрашиват, что они за люди и как смели без спросу топтать царские луга? Илья Муромец отвечал: "Не наше дело! Спрашивай вон старшого -- сильного, могучего богатыря".
Посол подошел к Ванюхе. Тот закричал на него, не дал слова молвить: "Убирайся, докуля жив, и скажи царю, что на его луга приехал сильный, могучий богатырь, который на один помах убил сорок богатырей, а мелкой сошки сметы нет, и камнем привалил, да Илья Муромец и Федор Лыжников с ним, и требует у царя дочь замуж". Тот пересказал это царю. Царь хватил по записям: Илья Муромец и Федор Лыжников есть, а третьего, который убиват на один помах по сороку богатырей, нет в записях. То царь приказал собрать рать, захватить трех богатырей и привести к нему. Где захватить? Ванюха увидел, как стала подходить ближе рать; он крикнул: "Илюха! Ступай прогони их, что за люди?" -- сам лежит, растянулся да поглядыват, как сыч.
Илья Муромец на того слова соскочил на коня, погнал, не столько руками бил, сколько конем топтал; всех прибил, оставил только одних язычников[297] царю. Царь услышал эту беду, того больше собрал силы и послал поймать богатырей. Иван-дурак крикнул: "Федюнька! Поди-ка прогони эту сволочь!" Тот соскочил на коня, всех прибил, оставил одних язычников.
Чего делать царю? Дело худо, силу побили богатыри; царь призадумался и вспомнил, что у него в царстве живет сильный богатырь Добрыня. Он посылает к нему письмо, просит приехать победить трех богатырей. Добрыня приехал; царь на третьем балконе встретил его, а Добрыня навершный[298] подъехал к балкону вровень с царем: вот какой был! Поздоровался, поговорили. Он и поехал на царские луга. Илья Муромец и Федор Лыжников увидели, что к ним едет Добрыня, испугались, соскочили на своих лошадей да ступай-ка оттуда -- угнали. А Ванюха не успел. Пока имал свою кобыленку, Добрыня и подъехал к нему, да и смеется, что это за сильный, могучий богатырь? Маленький, худенький! Согнулся головой к самому Ванюхе, смотрит на него, да и любуется. Ванюха да как-то не обробел, выхватил свою саблёшку, да и ссек ему голову.
Царь это увидел, перепугался: "Ох, -- говорит, -- богатырь убил Добрыню; беда теперя! Ступайте скорее, зовите богатыря во дворец". За Ванюхой приехал такой почет, что батюшки упаси! Кареты самолучши, люди все изжалованы. Посадили и привезли к царю. Царь его угостил и отдал дочь; обвенчались они, и теперя живут, хлеб жуют.
Я тут был, мед пил; по усам текло, в рот не попало. Дали мне колпак, да почали толкать; дали мне кафтан, я иду домой, а синичка летат и говорит: "Синь да хорош!" Я думал: "Скинь да положь!" Взял скинул, да и положил. Это не сказка, а присказка, сказка впереди!
Фома Беренников
No 431 [299]
Жила-была старуха, у нее был кривой сын Фома Беренников. Вот поехал Фома пахать; лошаденка худенькая, взяло его горе, сел на завалинку... мухи около навоза так и жужжат. Схватил он хворостину, да как хлыснет по куче, стал считать: сколько побил? Насчитал пятьсот, да еще много без счету осталось. Решил Фома, что им и сметы нет! Приходит к своему коню, на нем сидит двенадцать оводов; он всех и побил. Воротился Фома Беренников к матери и просит у ней благословенья великого: "Побил, дескать, мелкой силы -- счету нет, да двенадцать могучих богатырей; пусти меня, матушка, на подвиги великие, а землю пахать -- не мое дело богатырское, то дело мужицкое!" Благословила его матушка на подвиги великие, на поприща богатырские. Берет он за плечи тупой серп, за пояс лычный кошель, а в тот кошель кладет тупой косарь.
Вот едет Фома путем-дорогою, стороною незнакомою, и наехал на столб; пишет он на том столбе -- не было у него в кармане ни злата, ни серебра, а случился в кармане мел -- вот и пишет он мелом: "Проехал здесь богатырь Фома Беренников, который сразу побивает двенадцать могучих богатырей, да опричь того силу несметную". Написал и поехал дальше. Едет той же дорогою Илья Муромец, подъезжает к столбу, видит надпись и говорит: "Видна попрыска[300] богатырская; не тратит ни злата, ни серебра, один мел!" Написал он серебром: "Вслед за Фомою Беренниковым проехал богатырь Илья Муромец". Наезжает он Фому Беренникова и говорит (устрашился, знать, тоё надписи меляныя): "Могучий богатырь Фома Беренников! Где ехать: спереди или сзади?" -- "Ступай сзади!" -- отвечает Фома.