Однажды они вышли на прогулку к берегу реки. Навстречу шли девушки с кувшинами воды. Среди них оказалась и одна старуха с худым и морщинистым лицом. Проходя мимо Вурга, она косо посмотрела на него. Ему не понравился этот взгляд.
- Я должен разбить кувшин этой старухи, - сказал Вург и, не дожидаясь ответа друга, швырнул камень, попал в кувшин и разбил его, вода облила бедную старуху с ног до головы.
Старуха оглянулась и, увидев, что этот озорник сын царя, сказала:
- Как тебя проклясть, сынок?.. Увидеть бы мне, как тебя охватит пламя любви к Антес-Аинман, как ты сгораешь и мучаешься из-за нее, чтобы сердце мое утешилось этим.
3
Проклятье старухи, словно стрела ангела любви, вонзилось в сердце Вурга. Вург стал грустить, худеть. Если раньше он был неразлучен с Арсеном, сейчас в одиночестве скитался по горам, по долам, скорбел, плакал, звал Антес-Аннман, летел к ней всем сердцем и душой, воспевал ее в песнях, просил ее прийти ему на помощь. Антес-Аннман представала в его мечтах в своей неземной красоте. В такие минуты он закрывал глаза, опускался на колени, восславлял ее, приходил в такое восторженно-исступленное состояние, что терял сознание.
Это, собственно, была и не любовь, а страстное вожделение, заветная мечта, сильнейшее желание, то чувство, которое только и может привести к достижению желанной цели.
Такое страстное желание может быть также у человека, стремящегося к учебе, к приобретению знаний, к осуществлению зародившейся в нем великой идеи.
4
Для Арсена сердечная боль Вурга не осталась тайной. Он чувствовал и видел все. Он считал это хорошим поводом как для испытания своей храбрости, так и для доказательства своей безграничной любви к Вургу. И вот однажды он нашел его в лесу и сказал: