Потапычъ былъ закоснѣлымъ крѣпостникомъ и забылъ совсѣмъ, что новые порядки начались за долго еще до смерти стараго барина, который не имъ однимъ, а и себѣ самому былъ обязанъ обѣдненіемъ стариннаго рода Азарьевыхъ.
-- Какъ жаль мнѣ брата, говорила Лариса Пушкареву на одной изъ частыхъ прогулокъ, которыя они совершали вмѣстѣ.
Пушкаревъ посмотрѣлъ на нее вопросительно.
-- Да,-- продолжала она,-- я думала, что изъ него выйдетъ человѣкъ, и кажется, ошиблась.
-- Рано еще такое сужденіе,-- возразилъ Пушкаревъ:-- онъ слишкомъ молодъ и мало испыталъ въ жизни, только горе вырабатываетъ человѣка.
-- Правда, но въ немъ есть такіе задатки, которые обѣщаютъ мало хорошаго: тщеславіе, барство, стремленіе къ роскоши.
-- Какъ много людей съ такими недостатками, не только у насъ, но вездѣ.
-- Да, но у насъ они своеобразны: русскій баричъ, это чисто національное произведеніе, все равно какъ дуга съ колокольчиками, какъ тройка съ бубенчиками.
-- Или, какъ квасъ съ капустой и щи съ кашей, продолжалъ за нее Пушкаревъ.
Лариса засмѣялась.