-- Какъ это скучно,-- сказалъ онъ: -- ты все плачешь, точно губка.
-- Сергѣй,-- рѣшилась наконецъ выговорить Софья,-- скажи мнѣ правду: говорятъ, ты женишься?
-- Кто тебѣ сказалъ?
-- Все равно кто, правда ли это?
-- Можетъ быть, я и женюсь когда нибудь, я не давалъ обѣта безбрачія.
-- Я не говорю о будущемъ, я спрашиваю: теперь, въ настоящую минуту, у тебя есть невѣста?
-- Много, всѣ маменьки за мною бѣгаютъ!
-- О, Боже мой, ты шутишь, а мнѣ не до шутокъ, я спрашиваю тебя серьезно.
-- И я серьезно говорю съ тобой. Неужели ты думаешь, что такая жизнь, какъ наша, можетъ продлиться еще надолго? У меня есть обязанности, положеніе въ свѣтѣ, имя, которое я долженъ беречь,-- не могу же я все это отдать тебѣ; наконецъ, ты пойми, у насъ просто не хватитъ средствъ продолжать эту жизнь.
-- Зачѣмъ же продолжать, мнѣ ничего не надо,-- я могу жить въ двухъ комнатахъ.