Онъ кликнулъ пустую коляску, которая шагомъ плелась мимо нихъ, и они поскакали.
Лукинъ былъ въ духѣ. Скука его исчезла. Тысячи плановъ, тысячи разныхъ затѣй бродили въ его головѣ. Случай какъ будто подслушалъ его желанія и быстро вывелъ его за порогъ карантина, въ которомъ онъ былъ до сихъ поръ заключенъ. Матюшкинъ, конечно, находка сама по себѣ не очень блестящая, но обстоятельства дѣлали ее драгоцѣнною. Теперь онъ былъ уже не одинъ; онъ нашелъ себѣ точку опоры и ловкій рычагъ внѣ собственнаго лица, съ которымъ опасно было соваться впередъ. Матюшкинъ былъ бойкій, толковый и преданный человѣкъ. Онъ сдѣлаетъ для него все, что нужно. Онъ будетъ первою ступенью въ той крѣпкой позиціи, которую онъ хотѣлъ штурмовать. Но надо, конечно, чтобъ онъ не остался въ накладѣ; надо, чтобъ онъ награжденъ былъ сполна за все, чего Лукинъ ждетъ отъ него. А это не трудно. Начало уже положено: онъ выручилъ его изъ бѣды, онъ спасъ его отъ такой переборки, въ которой не только рукавъ, запачканный теръ-де-сьеномъ, а вмѣстѣ и весь костюмъ его съ бакенбардами и съ усами и съ прочими какъ искусственными, такъ и природными принадлежностями, могли пострадать жестоко. Но этого мало. Лукинъ зналъ хорошо, что пріятель его любитъ кутнуть, но что карманъ его пустъ, что онъ нуждается очень во многомъ; и вотъ, онъ рѣшился, вопервыхъ, на славу его угостить.
Квартира его была на фонтанкѣ, между Измайловскимъ и Обуховымъ мостомъ. Третій этажъ, двѣ чистыя, свѣтлыя комнаты, окошками на рѣку, удобная мебель, обои, гардины, каминъ. Какъ только успѣли они войдти, и мальчикъ-лакей зажегъ свѣчи, хозяинъ тотчасъ же отдалъ ему всѣ нужныя приказанія.
-- Слушай, Вася; вотъ видишь, я гостя съ собой привелъ: надо намъ пиръ задать; такъ ужь ты постарайся. Вотъ деньги; сейчасъ же бѣги бѣгомъ къ кухмистеру. Чтобъ ужинъ на двухъ готовъ былъ духомъ; да не какой-нибудь жиденькій, постный, а чтобы бы было за что спасибо сказать. Баринъ, молъ, именинникъ сегодня, гостей принимаетъ; самое лучшее, что только можетъ достать, все чтобы было тутъ. Да скажи, чтобъ прислалъ отъ себя человѣка съ приборомъ со всѣмъ, слышишь ли?
-- Слушаю, сударь.
-- А отъ кухмистера ты бѣги въ фруктовую лавку; знаешь, тамъ, за мостомъ?
-- Знаю-съ.
-- Тутъ же и винный погребъ внизу. Въ лавкѣ возьми икры и швейцарскаго сыру, а въ погребѣ... въ погребѣ ты купи три бутылки вина. Матюшкинъ, какого хочешь заказывай.
Матюшкинъ слушалъ, облизываясь, да пощелкивая языкомъ. Желудокъ его предчувствовалъ страшное наслажденіе.
-- Все равно, какого; я всякое пью.