-- Прошу покорнѣйше.
Иванъ Васильевичъ кашлянулъ и началъ метать. По пятому абцугу, на лѣво упалъ король.
-- Карта взяла! сказалъ Лукинъ.
Громкое браво хоромъ раздалось вокругъ. Иванъ Васильевичъ взглянулъ на Находкина, который сидѣлъ весь красный, кусая губы. "Капутъ", сказалъ онъ, бросая карты.
-- Капутъ, отвѣчалъ тотъ. Разбиты въ прахъ! Потрудитесь пожалуста разчитаться, добрѣйшій Иванъ Васильичъ... Тутъ, по запискѣ, намъ слѣдуетъ еще получить кой съ кого... Чего тебѣ, Осипъ?
-- Ужинать подано, ваше благородіе, отвѣчалъ деньщикъ. Находкинъ всталъ и ушелъ.
Вся горка, лежавшая на столѣ, пошла въ карманъ къ Лунину. Въ ней было три тысячи слишкомъ, да сверхъ того, по разчету, съ понтеровъ онъ долженъ былъ получить сотенъ пять. Одни заплатили; но нѣсколько человѣкъ, игравшихъ на слово, просили его подождать. Въ числѣ должниковъ его очутилась Сальи. За ней оставалось рублей полтораста, которые, хотя и лежали у ней въ карманѣ сполна, но разстаться съ ними, по разнымъ соображеніямъ, она не желала.
-- Мосье Алексѣевъ, сказала она, подавая ему свою карточку съ адресомъ,-- послѣ своей блестящей побѣды, надѣюсь, будетъ великодушенъ и дастъ мнѣ срокъ.
Лукинъ просилъ не безпокоиться о такихъ пустякахъ. Въ награду, она подарила его очень нѣжною улыбкой.-- Надѣюсь, прибавила она,-- что этотъ случай доставитъ мнѣ удовольствіе видѣть васъ у меня?
Лукинъ поклонился.-- Только въ такомъ случаѣ, онъ отвѣчалъ,-- если вы обѣщаете, что о вашемъ маленькомъ должкѣ не будетъ болѣе и рѣчи.