Софи наклонилась къ нему и взяла его за руку.-- Mon pauvre arni! шепнула она -- Не обманывайте себя и меня понапрасну... Я знаю все... она измѣнила вамъ.
Левель покраснѣлъ страшно и опустилъ голову... Двѣ слезы покатились у него по щекамъ...
-- Поль! Поль, мой другъ! Будьте мущиной!... Я вамъ сказала бы кое-что; но вы умны, можете догадаться сами и не заставите меня краснѣть безъ нужды... Mon cousin! Mon frère!-- Она наклонилась и обняла его...-- Еслибы вы знали что у меня на сердцѣ, продолжала она въ полголоса,-- вы бы пожалѣли меня!... Но намъ не время теперь говорить о чувствахъ... послѣ когда-нибудь, не правда ли? мы разкажемъ другъ другу все... а теперь... Поль, я васъ считала всегда человѣкомъ съ душой и съ характеромъ... Докажите, что я не ошиблась; помогите, о! помогите мнѣ отомстить!..
Левель вздрогнулъ.-- Отомстить? прошепталъ онъ, смотря ей въ глаза съ удивленіемъ.
-- Да, отвѣчала Софья.-- Что жь тутъ удивительнаго?.. отомстить за себя и за васъ... Поѣдемте къ мужу. Я знаю, что мнѣ осталось дѣлать; вы мнѣ поможете; я сошлюсь на васъ во всемъ; а дорогой, вы мнѣ разкажете какъ вы узнали?
-- Но, вы хотѣли ѣхать къ Синицину.
-- Я имѣла другое въ виду. Теперь я не поѣду.
Левель задумался. Слово месть его озадачивало. До сихъ поръ ему и не снилось, чтобы поступки его, съ ихъ тайными побужденіями, могли подойдти подъ эту языческую категорію. Онъ думалъ, что онъ защищаетъ семейный законъ,-- не болѣе. Неужели же онъ мстилъ?
-- Садитесь! шепнула она.-- Неужели же мнѣ, женщинѣ, надо васъ ободрять? Неужели вы руки не поднимете, слова не скажете въ защиту себя противъ того, который нанесъ вамъ такую обиду?
-- Я? отвѣчалъ онъ, поднявъ на нее тяжелый, блуждающій, нерѣшительный взглядъ.-- Я сдѣлалъ и такъ уже много... можетъ-быть слишкомъ много!