-- Извините, тутъ немножко не убрано, сказалъ хозяинъ упомянутыхъ сапоговъ, съ трудомъ отпихнувъ ногой чемоданъ, который мѣшалъ его гостю пройдти, и усаживая его на диванъ, между двумя узелками бѣлья, на то самое мѣсто, откуда онъ долженъ былъ снять рукомойникъ и тазъ, чтобъ очистить небольшое пространство для посѣтителя:-- немножко неубраво и разбросано, продолжалъ онъ,-- да что прикажете дѣлать? Въ этихъ проклятыхъ гостиницахъ прислуга является только тогда, когда нужно счетъ заплатить; а до этого времени, въ цѣломъ домѣ не доищешься ни души, и проѣзжій, какъ Робинзонъ на необитаемомъ островѣ, долженъ самъ вездѣ поспѣть, обо всемъ подумать и сдѣлать все.
-- Ну, Робинзонъ не съ пустыми руками былъ выброшенъ на необитаемый островъ, замѣтилъ Лукинъ, посматривая на поклажу, разбросанную вокругъ.-- У него остались кой-какія бездѣлки на память отъ европейской жизни.
Проѣзжій въ очкахъ засмѣялся.
-- Могу васъ увѣрить, отвѣчалъ онъ,-- что Робинзонъ былъ счастливѣе меня. Ему не нужно было возить свой запасъ на перекладныхъ, и раскладывать и укладывать его двадцать разъ. У него бы терпѣнія не хватило. Надо быть Русскимъ и путешествовать по Россіи, въ телѣгѣ, съ претензіями на комфортъ, чтобы понять, до какой степени человѣческое терпѣніе можетъ простираться. Вотъ, двѣ недѣли работаешь какъ негръ, часто изъ одного убѣжденія, изъ принципа, безъ всякой крайней необходимости, только затѣмъ, чтобы не отказаться отъ привычекъ порядочнаго человѣка!
-- Вы вѣрно первый разъ въ дорогѣ?
-- На перекладныхъ въ первый разъ. Весной я уѣхалъ изъ Петербурга въ Полтавскую губернію съ однимъ бариномъ, старымъ университетскимъ товарищемъ, у котораго былъ свой дормезъ и свой человѣкъ для прислуги. Онъ зазвалъ меня къ себѣ въ гости на лѣто, обѣщая свозить туда и обратно такъ, что на меня въ дорогѣ пылинки не упадетъ. Вонъ оно какъ не упало! сказалъ онъ, указывая на фуражку, которая валялась на чемоданѣ, покрытая густымъ слоемъ пыли.-- Туда, впрочемъ, онъ точно довезъ меня хорошо, но, проживъ у себя въ деревнѣ два мѣсяца, этотъ баринъ подрѣзалъ меня самымъ жестокимъ образомъ. Вмѣсто того чтобы назадъ отвезти, взялъ да и померъ. Померъ Богъ знаетъ зачѣмъ, безъ всякой внутренней необходимости, такъ, ни съ того, ни съ сего. Не могъ одолѣть двухъ фунтовъ галушекъ съ саломъ и отправился на тотъ свѣтъ, а мнѣ предоставилъ ѣхать назадъ одному, какъ знаешь.
Лукинъ посмотрѣлъ на лицо говорившаго, ожидая увидѣть на немъ холодный отблескъ стоической шутки, но онъ ошибся. На лицѣ, подъ безпечною усмѣшкой, видна была тихая грусть.
-- Вы учились въ Петербургскомъ университетѣ? спросилъ онъ проѣзжаго.
-- Да, въ Петербургскомъ; а вы?
-- И я тоже; только я васъ не помню. Вы по какому факультету?