-- Ну да, разумѣется, отвѣчалъ равнодушно Касимовъ; только ужаснаго я тутъ не вижу. Скажи спасибо, если тебя не жгутъ за твой образъ мыслей, а терпятъ или не терпятъ, это еще не большая бѣда. Велика важность, что кто-нибудь выругаетъ осломъ за глаза! Можешь и самъ то же сдѣлать.
-- Спасибо.
Я былъ огорчонъ. Такъ вотъ нашъ хваленый прогресъ! думалъ я про себя. А я-то, съ своей деревенской простотой, воображалъ тутъ найти свободу мысли!... Минутъ пять спустя я спросилъ у Касимова: бываетъ ли онъ въ кружкахъ, о которыхъ онъ говорилъ, и какую играетъ тамъ роль? Онъ отвѣчалъ, что бываетъ вездѣ, потому что имѣетъ много знакомыхъ и роли хотя не играетъ, но что его вездѣ терпятъ, потомучто онъ никогда не споритъ, а начисто соглашается со всѣмъ что ему говорятъ.
Я опять удивился; но онъ мнѣ объяснилъ, что у него на рукахъ пропасть дѣла и нѣтъ ни охоты, ни времени тратиться на подобный вздоръ. Дѣйствительно, онъ директоръ въ компанiи обработки желѣзной руды и членъ ревизiонной комисiи въ какой-то другой; кромѣ того, имѣетъ бумагопрядильную фабрику въ окрестностяхъ Петербурга и вмѣстѣ съ однимъ извѣстнымъ бариномъ держитъ откупъ въ сосѣдней губернiи. Признаюсь, это послѣднее открытье мнѣ весьма непрiятно. Произвело ли бы оно на меня какое нибудь особенное впечатлѣнiе, еслибъ я сдѣлалъ его лѣтъ шесть или восемь тому назадъ, не знаю; весьма вѣроятно, что нѣтъ, потомучто въ ту пору многiя вещи представлялись намъ совершенно иначе, а о другихъ мы и не думали; но теперь, все что писали у насъ въ послѣднее время объ откупѣ, пришло мнѣ на умъ и я былъ шокированъ до того что не могъ скрыть смущенiя.
Касимовъ взглянулъ на меня насмѣшливо. "Что ты такъ жмешься?" спросилъ онъ. "Точно какъ будтобы тебѣ холодно. Что, тебя откупъ смущаетъ?"
Я отвѣчалъ нерѣшительно: -- да.
-- Нахлѣбался журнальныхъ статеекъ! продолжалъ онъ спокойно.... Что-жъ, ты, я думаю, смотришь теперь на меня какъ на мерзавца, грабителя?... Да полно вертѣться-то, говори прямо.
Я отвѣчалъ запинаясь, что не беру на себя и не желаю судить такъ рѣзко; но что я раздѣляю отчасти взглядъ современнаго поколѣнiя на этотъ предметъ.
Касимовъ пожалъ плечами. "Больно ужь прытки вы съ вашею современностiю," продолжалъ онъ презрительно. "Ухватились какъ дѣти за первое что въ глаза бросается, да и орете: разбой! А что бы вамъ посмотрѣть сперва хорошенько вокругъ: чище ли многое остальное-то, что у насъ дѣлается? Да вотъ, хоть у васъ, напримѣръ, въ Засядкинѣ; что вы тамъ дѣлали съ братомъ все это время? а?"
-- Такъ вѣдь это-жъ теперь и уничтожается.... Мы отказались....