-- Ничего, дѣдушка;-- это я въ хмѣлю, топоромъ отхватилъ.
-- Ну, братецъ;-- это тебѣ наука. Послушай ты моего совѣта:-- будь напередъ осторожнѣе.
Сказавъ это дѣдъ загрохоталъ и пошелъ во свояси.
А Ѳомка не промахъ, сейчасъ вернулся назадъ къ кузнецу и заказалъ для себя пущалку такую-же какъ у дѣда.
-- Не разсердился бы дѣдъ?-говоритъ кузнецъ.
-- Э! Ничего!-- отвѣчаетъ Ѳомка,-- Мы съ нимъ пріятели;-- самъ видѣлъ, вмѣстѣ пришли.
Черезъ недѣлю, пущалка была готова и Ѳомка ходилъ съ нею въ лѣсъ и вернулся на этотъ разъ безъ изъяну, веселый такой. Приходитъ къ матери...-- Прощай, -- говоритъ, -- матушка! Благослови ты меня въ путъ далекій, на подвиги ратные, на поприща богатырскія... Землю пахать теперь не мое уже дѣло.
Какъ услыхала старуха эти слова, такъ и ахнула.-- Ѳомка! Да ты не съ ума-ли спятилъ?...-- Ты,-- говоритъ,-- посмотри на себя... Ну къ рожѣ-ли тебѣ подвиги ратные? Вѣдь у тебя силенки не многимъ побольше чѣмъ у меня?.. Да и кого ты, кривой богатырь,-- воевать собираешься?
-- Не безпокойся матушка,-- говоритъ Ѳомка; -- я ужъ найду кого. А что до силы моей, то этой силы ни ты, да и никто на свѣтѣ еще не извѣдалъ. И никому неизвѣстно, гдѣ она у меня; -- а я знаю гдѣ, и когда покажу, тогда и увидятъ.
Вечеромъ, въ этотъ день, Ѳомка ходилъ на то мѣсто, гдѣ онъ первый разъ дѣда встрѣтилъ, и вернулся домой съ какимъ-то пучкомъ. А на другой день, чуть свѣтъ, осѣдлалъ хромую свою лошаденку, повѣсилъ пущалку черезъ плечо, простился съ матерью и уѣхалъ.