-- Да того и гляди сейчасъ тревогу ударятъ... Сами изволите видѣть: какая иллюминація!
Глядитъ капитанъ,-- зарево красное освѣтило всю комнату. Кинулся онъ къ окну, смотритъ: -- по двору люди бѣгаютъ, свѣтло какъ днемъ, шумъ, крики, изъ за угла дымъ клубомъ валитъ, сквозь дымъ пламя красными языками взлизываетъ.
-- Ахти! Да вѣдь это никакъ нашъ домъ горитъ!
Только успѣлъ сказать, какъ въ комнатѣ дымомъ запахло; надъ головой послышалась бѣготня; -- изъ нижняго этажа кто-то высунулся, кричитъ,-- спасите! горимъ!
Бросился капитанъ къ столу, чтобы забрать поскорѣй бумаги какія-то важныя; а матросъ торопитъ его.-- Скорѣй!-- говоритъ;-- скорѣй! а то не успѣемъ!
И вотъ, бѣгутъ они вонъ изъ квартиры, на лѣстницу; -- навстрѣчу имъ, снизу, деньщикъ... Не пройдете, кричитъ, Ваше Высокоблагородіе; -- весь низъ въ огнѣ!..
Что дѣлать-то? Кинулись вверхъ по лѣстницѣ, на чердакъ: изъ чердака вылѣзли въ слуховое окно, на крышу, да какъ глянули кругомъ... Батюшки! И уйти-то некуда!.. Кругомъ все въ огнѣ. Такъ и пышетъ; и жарко уже становится имъ на крышѣ и дымно; глаза ѣстъ, горло захватываетъ!..
-- Ну, Ваше Высокоблагородіе, молитесь Богу;-- умирать намъ приходится!
-- Ахъ, говоритъ, умирать то мнѣ этою смертью не хочется;-- не по нашей части... Голубчикъ,-- Антоновъ, гляни-ка: нельзя ли куда нибудь улизнуть?
Спустился Антоновъ къ самому краю, надъ жолобомъ; смотритъ.-- А что, говоритъ;-- развѣ вонъ тамъ попробовать?