Если мы не хотимъ этого имъ дать, то должны откинуть надежду "примирить Польшу съ ея положеніемъ какъ части Россійской Имперіи".
Въ такомъ случаѣ, т. е. если мы не желаемъ отказаться отъ Польши, мы должны отказаться отъ попытокъ ввести въ ней либерально-легальное управленіе, и имѣть теперь задачею не примирить, а усмиритъ Польшу.
Для этой цѣли, для подавленія мятежа и для избавленія страны отъ террора, военная диктатура оказывается необходимою. Польша будетъ усмирена, но Польскій вопросъ останется неразрѣшеннымъ, и мы можемъ постоянно ожидать новаго мятежа.
Признавая въ настоящее время необходимымъ усмиреніе мятежа, слѣдовательно, признавая необходимость диктатуры, мы держимся мысли, что, по избавленіи страны отъ террора, по возвращеніи ей свободы мнѣнія и голоса, и по введеніи въ гражданскую жизнь Польши новаго элемента -- полноправнаго Польскаго крестьянства,-- было бы полезно предоставить Польшѣ полную политическую самостоятельность. Она можетъ быть или отдѣльно отъ Россіи, или же въ соединеніи, но уже въ соединеніи добровольномъ, если Польша сама" уразумѣвъ всю опасность, всю невозможность политическаго для нея существованія безъ Россіи,-- пожелаетъ находиться съ Россіею въ союзѣ.-- А "Московскія Вѣдомости" увѣряютъ, что мы предлагаемъ то же, что уже было и есть!
Вотъ мысль статьи 84 "No и всѣхъ предшествовавшихъ статей. Въ 35 No мы вновь довольно положительно объявили, что такое разрѣшеніе вопроса предстоитъ будущему, а въ настоящее время необходимо прежде всего, посредствомъ военной диктатуры, усмирить мятежъ, избавить страну отъ террора, надѣлить крестьянъ землею, крестьянскимъ самоуправленіемъ и вообще гражданскими правами.
Многіе дѣлаютъ намъ упрекъ въ томъ, что мы слишкомъ забѣгаемъ впередъ, что объ этомъ говорить теперь несвоевременно. Въ этомъ упрекѣ есть, безспорно, значительная доля правды, въ чемъ мы и сознаемся открыто, хотя можемъ представить и съ своей стороны возраженія нелишенныя основанія.
Въ заключеніе скажемъ: мы готовы согласиться, что въ нашей статьѣ 34 No есть дѣйствительно нѣкоторая неясность, происходящая, главнымъ образомъ, отъ того, что мы имѣли въ виду всѣ наши предшествовавшія статьи, но упустили изъ виду, что читатель не можетъ и не обязанъ держать ихъ въ своей памяти со всѣми ихъ подробностями и во всей ихъ послѣдовательности. Но публицисту, вступающему въ полемику съ другимъ публицистомъ, слѣдуетъ, предварительно, строго и тщательно изучить мнѣніе своего противника,-- принимать въ соображеніе общее направленіе и характеръ его публицистической дѣятельности. Этого требуетъ совѣстность, уваженіе къ дѣлу, важность и серьезность предмета спора.