Если бы Польскія притязанія ограничивались одною Польскою территоріею, т. е. предѣлами Польской народности въ тѣсномъ смыслѣ, или по крайней мѣрѣ Царствомъ Польскимъ, еслибъ Поляки, однимъ словомъ, постарались "локализировать" возстаніе, сосредоточить всю свою борьбу исключительно въ одной мѣстности,-- можетъ быть и самая борьба удержалась бы въ границахъ чисто государственнаго, или даже правительственнаго вопроса. Но Польскія притязанія, простирающіяся на Русскія древнія области, и явно высказанное, провозглашенное и свидѣтельствуемое исторіею покушеніе Поляковъ -- лишить Русскую народность въ этихъ областяхъ всякой духовной свободы и подчинить ее Польскому и латинскому духовному гнету, однимъ словомъ, ополячить и окатоличить нѣсколько милліоновъ Русскаго народа,-- всѣ эти притязанія и попытки возводятъ современную борьбу съ Польшей на степень всенароднаго земскаго интереса. Польскій вопросъ отнынѣ не дипломатическій, не государственный, не Европейскій международный,-- а Русскій земскій вопросъ. Если же въ союзѣ съ Польшей поднимется противъ Россіи весь Западъ Европы, то борьба приметъ значеніе борьбы двухъ міровъ, борьбы основныхъ стихійныхъ силъ, и вопросъ Польскій станетъ вопросомъ о томъ: быть или не быть Россіи, быть или не быть Русской народности, затопитъ ля Латино ерманское море міръ православно-Славянскій, или же Россіи суждено стать Араратомъ Православно-Славянскаго міра и спасти его отъ потопа? На сторонѣ Польши весь Западъ, за Россію -- о динъ Русскій народъ и сочувствіе всего Православно-Славянскаго міра.
Слѣдовательно -- какое же главнѣйшее и единственное условіе успѣха для насъ въ предстоящей борьбѣ? Это -- вѣра въ самихъ себя, вѣра въ Русскій народъ и вѣрность Русской народности. Если мы должны выдти на борьбу съ Западомъ и Польшею, не какъ сильное Европейское государство (въ настоящее время для Европы вовсе и не опасное: ей нѣтъ опаснѣе врага -- самого Наполеона), а какъ Русскій народъ, какъ Русскіе, то мы и должны явиться и быть вполнѣ Русскими, вполнѣ народными,-- иначе мы погибнемъ.... Не Нѣмцы и не Русляндцы, не Нѣмецкій и не Русляндскій нарядъ спасутъ Россію: наше спасеніе въ народѣ и въ народности.
Западъ несетъ безгосударной Польшѣ помощь своего государственнаго строя, Польскимъ нравственнымъ силамъ могущество силъ вещественныхъ, Польскому обществу союзъ Европейскаго общества. Противъ насъ -- и государственныя и общественныя стихіи Запада; противъ насъ, не только Поляки, Французы, Англичане, Римъ, но полонизмъ, европеизмъ, латинство. Что же противопоставимъ мы имъ съ нашей стороны? Государство? Безъ сомнѣнія оно могуче и крѣпко, несмотря на тяжкія жертвы, принесенныя имъ въ Восточную войну, но государственными чисто-внѣшними средствами нельзя бороться съ силами общественными,-- не говоря уже о томъ, что война захватываетъ насъ еще до окончанія преобразованій въ нашемъ государственномъ строѣ. Государственныхъ средствъ очевидно недостаточно. Что выдвинемъ мы въ отпоръ латинству и обществу Запада, европеизму, полонизму? Въ отпоръ латинству православіе, въ отпоръ обществу -- Русское общество, въ отпоръ европеизму и полонизму -- Русскую народность....
Православіе, Русское общество, Русская народность??.. Конечно, вѣра пребываетъ въ народѣ, ею движется, живетъ и есть святая Русь, но гдѣ тотъ священный огонь, который долженъ бы пламенѣть въ служителяхъ Церкви, вполнѣ ли живую силу представляетъ Русское духовенство, не подавлена ли внутренняя жизнь Церкви церковною бюрократіей и оффиціальностью?... Русское общество! Да гдѣ оно? Слишкомъ много и часто говорили мы о нравственномъ безсиліи, о ненародности Русскаго общества: повторять наши доводы едвали нужно! Обратитесь къ Петербургской журналистикѣ, или если не ко всѣмъ, то къ главнѣйшимъ ея типическимъ' представителямъ: слышна ли въ нихъ, въ этихъ проповѣдникахъ демократизма, хоть одна струна Русскаго чувства или уваженія къ Русскому народу? Прислушайтесь къ толкамъ нашей молодежи: многимъ ли изъ нихъ, демократамъ по убѣжденію, дорога Русская народность? Вникните въ ученую дѣятельность университетовъ: за исключеніемъ двухъ-трехъ профессоровъ, вызывали ли они самодѣятельность Русской мысли въ наукѣ, не возставали ли всѣми силами противъ народности въ наукѣ? Но конечно, все это еще не составляетъ и не выражаетъ общества; конечно, въ послѣднее время проявляется въ немъ, съ замѣтною силою, влеченіе къ народности и все общество одушевлено самымъ пламеннымъ патріотизмомъ. Мы радуемся всѣмъ сердцемъ этому утѣшительному явленію, но замѣтимъ только здѣсь кстати, что "патріотизмъ" не всегда свидѣтельствуетъ о силѣ чувства, что онъ можетъ иногда ограничиваться тѣсными предѣлами внѣшности государственной, или принимать "государственное" за "народное". Патріотизмомъ самымъ искреннимъ, мужественнымъ и твердымъ дышатъ Нѣмецкіе адресы городовъ и дворянства Эстляндіи, Лифляндіи и Курляндіи,-- мы увѣрены, что предѣлы Имперіи съ этой стороны найдутъ въ Нѣмцахъ самыхъ смѣлыхъ, честныхъ и стойкихъ защитниковъ,-- но намъ, Русскимъ, необходимъ патріотизмъ еще инаго рода и качества,-- намъ мало одной привязанности и преданности внѣшней цѣлости Имперіи, намъ нужна еще преданность Русской народности!... Не имперію можемъ мы противупоставить нравственнымъ силамъ европеизма или полонизма, но могущество Русскаго народнаго духа, живущаго въ простомъ народѣ и въ обществѣ. Но въ томъ-то и дѣло, что общество наше бѣдно внутреннею жизнью, слабо выражаетъ народное самосознаніе,-- а потому и поражено или было, по крайней мѣрѣ до сихъ поръ, поражено нравственнымъ безсиліемъ...
Но живъ Русскій народъ, и отчаиваться нечего. Бываютъ эпохи въ исторіи, когда медленный органическій ходъ внутренняго развитія народовъ смѣняется общимъ нравственнымъ потрясеніемъ всего народнаго организма, ускоряющимъ его дѣятельность, вызывающимъ разомъ наружу всѣ его затаенныя и задержанныя силы. Мы вѣримъ, что такая эпоха наступаетъ и для Россіи... Выдвигайся же, Русская земля, вызывай изъ глубины твоихъ нѣдръ всѣ твои потаенныя богатства, всѣ ключи живой цѣлебной воды, и не однихъ, только богатырей
... Изъ странъ далекихъ
Отъ осьми твоихъ морей,
Со степей, равнинъ широкихъ,
скликай ты, какъ въ 1812 году, не однѣ только внѣшнія и вещественныя силы, но силы Русскаго духа, Русской мысли и слова... Не можемъ не вспомнить при этомъ стихи другаго поэта, котораго вѣщихъ пѣсенъ еще до сихъ поръ не уразумѣло вполнѣ наше не-Русское общество и котораго достойно оцѣнить предстоитъ только будущей Руси...
Пробудися, Кіевъ, снова