"Одесскій Вѣстникъ" разсказываетъ, что о штундовцахъ уже нѣсколько лѣтъ производится слѣдствіе. Слѣдствіе необходимо, только не полицейское и не надъ штундовцами. Здѣсь нужно изслѣдованіе въ родѣ enquete parlementaire, способное просвѣтить правительство и общество на счетъ причины и объема зла. Отчего бы не произвести слѣдствіе инаго рода? отчего бы не развѣдать -- изъ какихъ приходовъ эти рабочіе, заразившіеся ученіемъ колонистовъ? существуютъ ли въ этихъ приходахъ какія-нибудь школы? каковы священники въ нихъ и каковы ихъ отношенія къ паствѣ? поучали ли они когда-нибудь народъ? Мало того -- зналъ ли кто изъ этихъ несчастныхъ рабочихъ, до поступленія своего къ колонистамъ, хоть бы молитву "Отче нашъ"? Мы убѣждены заранѣе, что отвѣтъ на всѣ эти вопросы будетъ отрицательный. Да не только въ Новороссійскомъ краѣ, гдѣ населеніе вообще сбродное, создавшееся изъ бѣглыхъ, но и у насъ, въ срединной Россіи, мы предлагаемъ сельскимъ священникамъ сдѣлать у себя по приходамъ только одну провѣрку: сколько у нихъ прихожанъ знающихъ безошибочно, не коверкая, "Отче нашъ"?... Результатъ испытанія будетъ такой постыдный, что сельскіе пастыри, коротко знакомые съ своей паствой, врядъ ли на такую провѣрку и согласятся. Мы уже слышали возраженіе: да развѣ въ церкви не читается, да и сколько же разъ, молитва Господня? Читается, но, во-первыхъ, небрежнѣе всякой иной молитвы, во-вторыхъ -- лучше уже и не упоминать о томъ, читаютъ и поютъ наши дьячки въ Божіемъ храмѣ. Конечно, никто изъ неграмотныхъ, никто самъ не читавшій церковныхъ книгъ, ничему не выучится отъ дьячковской скороговорки и бормотанья. Народъ идетъ въ церковь съ теплымъ чувствомъ вѣры, жаждетъ свѣта своей тьмѣ, благодатнаго, освѣжающаго душу слова, какъ жаждетъ почва росы и дождя, изсушенная вѣтромъ и зноемъ. Но не утоляется духовная жажда народа, не дается ему пить отъ самаго источника, пьющій отъ котораго не возжаждетъ во вѣки; про мужиковъ -- разсуждаютъ наши пастыри -- довольно церковнаго обычая, обряда, преданій, даже не осмысленныхъ для нихъ никакимъ поясненіемъ,-- пусть тѣмъ и пробавляются. Вотъ и сказывается теперь это пренебреженіе къ народной духовной нуждѣ: онъ ищетъ утолить у другихъ свой голодъ и жажду. Но этотъ голодъ, эта жажда -- развѣ могутъ они быть поставлены ему въ вину? Не должны ли они быть вмѣнены напротивъ въ заслугу, даже въ высокое нравственное достоинство нашего народа? Не должны ли мы радоваться тому, что не одебелѣло его религіозное чувство, не заснула религіозная мысль? Не штундовцевъ надо винить и судить за то, что они алчутъ и жаждутъ, а тѣхъ, которые отказываютъ имъ въ питіи и пищѣ.
Затѣмъ, что собственно поражаетъ насъ въ штундовцахъ -- это грубое подражаніе самой внѣшней формѣ протестантизма. Поселяясь у Нѣмцевъ-колонистовъ, русскій неграмотный, ничему не учившійся рабочій бываетъ прежде всего пораженъ ихъ внѣшнимъ пуританскимъ благочестіемъ, порядкомъ доможительства, чистотою нравовъ (напр. у гернгутеровъ и другихъ подобныхъ сектаторовъ). Онъ невольно сравниваетъ безчинство православнаго житья-бытья, при православныхъ пастыряхъ, съ благочиніемъ общественной жизни при протестантскихъ пасторахъ, и на основаніи этой посылки строитъ свой логическій выводъ. Причину такого духовнаго и житейскаго преимущества Нѣмцевъ онъ естественно приписываетъ вѣроученію,-- не только внутреннему его духу, но, будучи воспитанъ самъ на одномъ обрядѣ, и самой внѣшней формѣ нѣмецкаго вѣроученія. Одинъ обрядъ онъ замѣняетъ другимъ обрядомъ, облекая въ обрядъ самое отрицаніе обрядности. Отсюда пристрастіе къ нѣмецкому языку, къ нѣмецкимъ псалмамъ, нѣмецкимъ книгамъ, къ истолкователямъ Св. Писанія -- непремѣнно изъ Нѣмцевъ. Все это безобразно, доказываетъ "невѣжество,-- не споримъ. Но не лучше ли, что протестантизмъ явился на русской почвѣ въ такомъ безобразномъ, легко разоблачаемомъ видѣ, нежели въ благообразномъ, въ которомъ онъ легче бы сроднился съ народомъ?..
Штундовцы держатъ у себя нѣмецкую Библію, заставляютъ Нѣмца переводить ее себѣ на русскій языкъ, отзываясь, что славянская Библія имъ не понятна. Бе есть ли это прямое указаніе на потребность въ Библіи русской? А гдѣ она? гдѣ переводы Библіи на русскій языкъ? Кому изъ насъ не извѣстны судьбы русской Библіи! На комъ же вина, спрашивается? Теперь, конечно, стали появляться при разныхъ періодическихъ духовныхъ изданіяхъ безобразныя приложенія переводовъ изъ Библіи, на манеръ прилагаемыхъ къ свѣтскимъ журналамъ англійскихъ романовъ,-- приложенія, въ которыхъ листъ оканчивается иногда на слогѣ Из-, а другой листъ, появляющійся черезъ мѣсяцъ, начинается слогами: раиль. Но эти переводы и журналы въ счетъ идти не могутъ. Гдѣ изданія, освященныя авторитетомъ церковнаго правительства? гдѣ дешевыя изданія для народа? Мы имѣемъ Новый Завѣтъ на русскомъ языкѣ, изданный дешево,-- но едвали достаточно распространенный. Пусть предлагаемое нами слѣдствіе разъяснитъ, имѣется ли хоть одинъ экземпляръ его въ сельскихъ приходахъ, откуда вышли штундовцы?... Въ прошломъ году было перепечатано въ русскихъ газетахъ изъ какой-то иностранной газеты заявленіе г. Казаринова о пожертвованіи имъ 50 т. рублей Св. Синоду на изданіе духовныхъ книгъ для Русскаго народа. Мы искали въ отчетѣ за 1866 годъ г. оберъ-прокурора Святѣйшаго Синода какихъ-либо свѣдѣній объ этомъ пожертвованіи и объ употребленіи его согласно назначенію, но ничего не нашли.
Штундовцы, увѣряетъ "Голосъ", сидятъ въ острогѣ. Это краснорѣчивѣе всего. Если извѣстіе "Голоса" справедливо, то это вѣнецъ всѣхъ тѣхъ порядковъ, которые создали секту штундовцевъ. Мы кажется уже достаточно показали -- они ли виноваты. Отучать острогомъ отъ алканія духовной пищи, не предлагая взамѣнъ ничего; отвѣчать острогомъ на искреннюю потребность вѣры, на запросы недремлющей религіозной мысли; острогомъ доказывать правоту православія,-- это значитъ посягать на самое существенное основаніе святой вѣры -- основаніе искренности и свободы, подкапываться подъ самое вѣроученіе православной церкви и давать въ руки своему противнику, протестантизму, побѣдоносное оружіе. При такихъ средствахъ защиты, при такихъ способахъ утвержденія въ истинѣ православія, само собою оскудѣваетъ и упраздняется, становясь излишнею, ревность пастырей, меркнетъ и гаснетъ въ духовныхъ дѣятеляхъ священный огонь, и никакія строгія предписанія епархіальнаго начальства, подъ угрозами штрафа, о заведеніи школъ, не создадутъ дѣйствительной школы народной,-- и даже,-- но не слишкомъ ли уже далеко простираемъ мы нашу мнительность?... и даже самъ указъ Святѣйшаго Синода, напечатанный нами вчера, о предоставленіи священникамъ права на полученіе ордена Св. Анны 3-й степени и званія кавалера за "труды по народному образованію", едвали въ силахъ будетъ сотворить изъ нихъ новыхъ апостоловъ... Иного оживленія нужно для прозябающаго въ насъ сѣмени православія,-- не изсушительныхъ дуновеній насилія и корысти, а вѣяній истиннаго духа Христова -- любви и свободы...