Вотъ письмо, которое мы получили недавно отъ одного изъ достопочтеннѣйшихъ Русскихъ, постоянно и уже давно пребывающаго въ Вѣнѣ:

"Пишу вамъ въ волненіи, въ досадѣ на злобу людскую; вы знаете, что теперь дѣлается съ Русскими въ Галиціи -- на этомъ процессѣ; знаете, что писалъ Тисса къ осужденію Добрянскаго. Вотъ вамъ еще обращикъ образа дѣйствій. Мадьяръ противъ Словаковъ; прекрасный, скромный юноша, Словакъ Иванъ Крно кончилъ курсъ въ гимназія съ отмѣтками по всѣмъ предметамъ отличными, перешелъ въ университетъ по юридическому факультету, два курса пробылъ въ университетѣ и при экзаменахъ за четвертый семестръ тоже получилъ прекрасную аттестацію. На другой день приходитъ ректору университета предписаніе отъ министра народнаго просвѣщенія Пауля исключить Крно изъ университета, какъ яраго москвофила, и не принимать ни въ какія учебныя заведенія королевства. За что же? За то, что онъ вамъ и Каткову писалъ письма и просилъ прислать ему "Русь" и "Московскія Вѣдомости", что эти газеты ему присылались, и онъ читалъ ихъ своимъ товарищамъ Словакамъ въ обществѣ "Заря", издавна существующемъ и утвержденномъ правительствомъ Мадьярскимъ же, въ Пресбургѣ. Юноша въ отчаянія, не знаетъ что дѣлать. К., Ф., М., всѣ просятъ васъ: помогите ему поступить въ Московскій или Петербургскій университетъ. Онъ знаетъ русскій языкъ достаточно. Помогите, Неба ради, гонимымъ и умирающимъ. Откликнитесь на голосъ мучениковъ. Пошлите имъ хоть слабый лучъ надежды на васъ или васъ, Русскихъ, и на нате сочувствіе, которыми они и живутъ пока въ юдоли мадьярскаго безумія. Если будетъ мнѣ отъ васъ отвѣтъ, то только въ двухъ словахъ: "Пустъ пріѣзжаетъ".

Само собой разумѣется, что на это письмо не могло послѣдовать отъ насъ другаго отвѣта, какъ "пусть пріѣзжаетъ!" Хотя содержаніе г. Крно потребуетъ отъ 400 до 500 р въ годъ, а въ Москвѣ все еще Славянскаго комитета нѣтъ и присылаемыхъ намъ изрѣдка малыхъ денежныхъ суммъ далеко не хватаетъ на удовлетвореніе нуждъ всѣхъ проживающихъ въ Москвѣ и попадающихъ въ нее бѣдняковъ изъ заграничныхъ Славянъ, однакожъ мы все-таки думаемъ, что не клиномъ же Россія сошлась, что не все же русское общество состоитъ изъ подписчиковъ "Голоса", "Русскихъ Вѣдомостей", "Русскаго Курьера" и разныхъ провинціальныхъ якобы либеральныхъ газетъ, которыя предъ Европой (включая сюда и Поляковъ), какъ Фамусовъ предъ знатной родней -- ползкомъ; что найдутся у насъ люди съ русской душой и сердцемъ, которыхъ слова:#русская и славянская "самобытность", не приводятъ въ злобное остервенѣніе какъ "нашихъ либераловъ", я которые дадутъ намъ возможность придти на помощь несчастнымъ жертвамъ австро-польско-мадьярской "культурной миссіи"!..

Говорятъ, графъ Таафе и Кальноки люди замѣчательнаго ума. Если политическая безтактность бѣднымъ Полянамъ словно бы на родину написана, и отличительною чертою этихъ "сѣверныхъ Французовъ" искони было и есть отсутствіе государственнаго смысла, такъ менѣе всего можно было ожидать отъ государственныхъ мужей Австріи, этой искусственно составленной и только помощью искусной политической эквилибристики существующей державы, такой грубой политической ошибки, каковою былъ Львовскій процессъ. Какого результата достигло это торжественное отправленіе "правосудія"? Оно явилось лишь торжественнымъ беззаконіемъ, оно раскрыло міру всю непрочность государственнаго состава Австро-Венгріи и этотъ постоянный страхъ австрійской власти за цѣльность и единство державы; оно раздражило національное русское чувство и въ Галиція, и въ сопредѣльной съ нею Русской имперіи; оно двинуло впередъ русское народное самосознаніе, оно сослужило великую службу общей славянской идеѣ, но не въ смыслѣ австрійско-католическаго панславизма... Не можемъ не поблагодарить и Поляковъ. У насъ было снова начали мякнуть сердца и уши развѣсились, внимая равнымъ польскимъ примирительнымъ вѣщаньямъ на берегахъ Вислы и Невы,-- но гиляцкіе Поляки поспѣшили предостеречь и воздержать иксъ отъ новаго преступнаго легковѣрія. Нечего указывать, какъ дѣлаетъ "Голосъ", на присяжныхъ, давшихъ оправдательный вердиктъ, и за рѣчи защитниковъ изъ Поляковъ. Во 1-хъ, присяжные не всѣ Поляки (было человѣкъ пять Евреевъ) и не всѣхъ же оправдали: четырехъ подсудимыхъ обвинили они совершенно неправильно; во 2-хъ, прокуроръ и весь трибуналъ очень хорошо знали напередъ юридическую невозможность обвиненія въ государственной измѣнѣ. Что касается до защитниковъ, то ми вѣдь никогда и не утверждали, чтобы между Поляковъ нельзя было найти ни одного честнаго и разумнаго человѣка; мы говоримъ о лицахъ, иже во власти суть, и о тѣхъ что руководятъ печатью и общественнымъ мнѣніемъ, о томъ большинствѣ, которымъ характеризуется вся исторія Полыни и которое погубило ея политическое бытіе. Они-то и преподаютъ намъ теперь образецъ той системы управленія, какой могло бы ожидать себѣ отъ нихъ Русское населеніе и въ нашихъ западныхъ областяхъ, если бы мечтательныя притязанія Поляковъ на польскую въ нихъ автономію когда-либо осуществились. Мы знаемъ, мы видимъ теперь -- чѣмъ можетъ быть польская автономія въ краѣ, гдѣ русскому населенію приходится занимать нижнія ступени общественной іерархіи,-- гдѣ крестьянство русское, а паны Полки! Они вѣдь не измѣнились; они неисправимы, и какъ Бурбоны -- ничего не забыли, ничему не выучились. Они и въ XIX вѣкѣ готовы поставить диссидентовъ внѣ закона; они не успокоились бы до тѣхъ поръ, пока мечомъ, лестью и обманомъ не облатинили бы до фанатизма все, что православно или еще хранитъ преданіе о православной вѣрѣ, пока не исказили бы всю духовную сущность русской народности. Напрасно стали бы намъ говорить, что. иное дѣло Поляки на Вислѣ или на Виліи, вообще въ предѣлахъ Россійской имперіи, иное дѣло Поляки въ Галиціи. Мы не встрѣчали въ печати и не слыхали отреченія русскихъ Поляковъ отъ солидарности съ Поляками австрійскими. Настоящее положеніе дѣлъ представляетъ для "польской справы" (а она несомнѣнно существуетъ) немалыя выгоды: одной рукой писать въ познанскихъ, краковскихъ и львовскихъ газетахъ статьи, исполненныя ненависти, злобы, всяческихъ клеветъ на Россію, чернить, поссорить, компрометировать русское Имя, вредить Россіи всѣми возможными способами; другою -- писать статьи въ петербургскомъ "Краѣ", повидимому самаго умѣреннаго направленія, составлять для генералъ-губернатора записки о реформахъ яко бы самыхъ благоразумныхъ, о требованіяхъ самыхъ по видимому законныхъ. Исподъ картъ, какъ выражаются Французы, подспудная мысль Поляковъ, ихъ завѣтныя думы, ихъ серьезныя мечты, и все недосказываемое въ Варшавѣ досказывается за кордономъ въ свободной польской печатной рѣчи. Повторяемъ: политическій методъ Поляковъ, ихъ административный пріемъ, мѣру ихъ политической зрѣлости, политической нравственности и уваженія къ принципу свободы, равно и вѣротерпимости -- моженъ мы изучить на Галиціи, съ тѣхъ поръ, какъ въ ней пануютъ Поляки. Мыслимо ли такъ-называемое "примиреніе" или "сближеніе" Русскихъ и Поляковъ въ предѣлахъ Рус"кой имперіи въ виду Львовскаго процесса,-- въ виду отношеній Поляковъ къ Русскимъ въ Галиціи? За Львовъ и Краковъ пусть отвѣчаетъ Варшава: оба города -- ея оборотная сторона. Если же мы ошибаемся, такъ пусть Поляки выведутъ насъ изъ заблужденія, пусть хоть осудятъ гласно и явно образъ дѣйствій своихъ собратій во Львовѣ я весь этотъ,! какъ кто-то удачно выразился, Каіафинъ судъ. Но мы знаемъ, напротивъ, что одна изъ варшавскихъ газетъ помѣстила! у себя безъ оговорки корреспонденцію изъ Львова, требовавшую смертной казни для подсудимыхъ, и никого въ Вольской печати это не возмутило. Если Поляки въ Россіи, по роковому, печальному ослѣпленію, продолжаютъ упорствовать въ подобномъ образѣ мыслей и питать сочувствіе къ польскому образу дѣйствій въ Галиціи, то и намъ волей-неволей остается только упорствовать въ недовѣріи къ нимъ (оправданномъ обманами 1890 и 1869 годовъ) и въ настоящей системѣ дѣйствій. Пусть пеняютъ Поляки на себя сами!

Въ Петербургѣ появилась газета на польскомъ языкѣ "Край". Она издается подъ цензурой, а потому, безъ сомнѣнія, стѣснена въ изложеніи своихъ мнѣній. Тѣмъ не менѣе сужденіе о Галицкомъ процессѣ можетъ послужить для васъ удобною повѣркою ея политической точки зрѣнія. Мы желали бы также знать точные предѣлы того, котораго интересамъ посвятила себя новая польская газета. Никакими ловкими рѣчами и хорошими словами не заворожить "Краю" русскаго слуха, если въ томъ или другомъ видѣ "ходитъ онъ съ чисто этнографической основы и простираетъ сферу польской національности (хотя бы и подъ маской "федерализма") на югозападную и сѣверозападную наши окраины, и на русскую Галицію. Впрочемъ, что бы нм писалъ "Край" въ Петербургѣ, для насъ важнѣе всего что пишутъ Поляки въ Познани, что пишутъ и творятъ они въ Галиціи.

Но отъ Поляковъ ли однихъ терпитъ русское дѣло? Поляки, безспорно, могутъ найти оправданіе для своихъ необыточныхъ фантазій въ недавнихъ еще историческихъ воспоминаніяхъ: ихъ вина въ томъ, что они не умѣютъ разстаться съ ними и не признаютъ новыхъ путей исторіи. Но что сказать о тѣхъ добровольныхъ, сознательныхъ и безсознательныхъ измѣнникахъ русскому дѣлу въ самой русской средѣ, которые продолжаютъ, конечно большею частью по крайнему скудоумію, служить дѣлу польской справы и усугублять страданія Русскаго народа въ Галиціи?.... Впрочемъ, объ украйнофилахъ послѣ.

-----

27 іюля присутствовали мы на открытіи "выставки произведеній Болгарскаго княжества" въ помѣщеніи Строгановскаго художественнаго техническаго училища. Собственно говоря, "открытія" никакого не происходило... Оффиціальный міръ блисталъ своимъ отсутствіемъ!.. Впрочемъ, выставка и по содержанію своему очень скромна, не полна, произведенія выбраны и высланы безъ особенной системы, и тѣмъ болѣе чести директору Строгановскаго училища, г. Оленину, который сьумѣлъ этотъ, относительно скудный матеріалъ расположить очень искусно и изящно. Выставленные предметы принадлежатъ всѣ (кромѣ земледѣльческихъ) къ такъ-называемой кустарной промышленности, и не они собственно заслуживали болѣе торжественнаго открытія. Не въ томъ и дѣло, что въ Болгаріи женщины ткутъ шелковыя и шерстяныя полотна,-- это всѣмъ извѣстно, это было и прежде,-- а въ томъ, что Болгарія была прежде только этнографическимъ даже не географическимъ (въ строгомъ смыслѣ) терминомъ, а теперь стала опредѣленнымъ терминомъ политическимъ,-- что эта выставка -- первое заявленіе Болгаріи о себѣ, о своей экономической жизни какъ государства, которому и всего-то идетъ лишь четвертый годъ. Ботъ что заслуживаетъ участія, сочувствія, привѣта, покровительства и поддержки,-- не говоря уже о томъ, что всякій внѣшній аттрибутъ политическаго бытія Болгаріи, радуя Болгаръ, радуетъ и насъ самою законною радостью; всякою почестью, оказываемою Болгаріи, какъ государству, чествуется сама Россія. Впрочемъ, и изъ произведеній нѣкоторыя замѣчательно хороши, именно шелковыя рукодѣльныя ткани, выдѣланныя кожи (сафьянъ), наливки, настоенныя изъ ягодъ на мѣстномъ виноградномъ винѣ, издѣлія филиграновыя, и пр. Очень жаль, что не прислано розоваго масла, которымъ Болгарія торгуетъ на большія суммы.

Мы слышали, что Болгарскій князь желалъ пріютить болгарскіе товары на Художественно-промышленной выставкѣ, но ему было отказано, на строго-формальномъ основаніи: "наша выставка лишь для произведеній Россійской имперіи". Это совершенно напрасно и обличаетъ замѣчательную узкость взгляда. Слѣдовало, напротивъ, гостепріимно, хоть-гдѣ-нибудь около Финляндскаго отдѣла, открыть особый отдѣлъ для произведеній Балканскихъ Славянскихъ племенъ,-- это требовалось и родственнымъ нашимъ чувствомъ, и политическою нашею съ ними, въ извѣстной степени, солидарностью. Эти произведенія едвали были бы здѣсь не болѣе у мѣста, чѣмъ продукты прусскихъ фабрикантовъ изъ силезской шерсти, руками прусскихъ работниковъ и прусскими машинами производящихъ сукна въ городѣ Лодзи и его округѣ (въ Царствѣ Польскомъ), куда они перевели изъ-за границы свои фабрики ради безпошлиннаго сбыта въ Россію. Мы не думаемъ также, чтобъ было особенно справедливо отказывать въ помѣщеніи на выставкѣ китайской коллекціи нашего извѣстнаго путешественника Пясецкаго -- составленной русскимъ трудомъ, въ интересахъ русскихъ торговыхъ сношеній съ Китаемъ,-- и въ то же время отводить мѣсто женевскимъ часамъ, только заказываемымъ изъ Москвы московскими часовщиками...

Есть надежда, что съ Болгаріей, такъ щедро надѣленной природными богатствами, но не имѣющей ни фабрикъ, ни заводовъ, завяжутся у насъ, благодаря иниціативѣ Московскаго купечества, правильныя торговыя сношенія. Во главѣ этого предпріятія стоитъ, между прочими, нашъ извѣстный фабрикантъ T. С. Морозовъ. Это почтенное имя служить порукой, что предпріятіе поведется серьезно и дѣльно, и увѣнчается успѣхомъ, если... Если въ Петербургѣ окажутъ искреннее содѣйствіе, если наши дипломаты и бюрократы не станутъ задаваться вопросомъ: не нанесутъ ли русскія торговыя на Балканскомъ полуостровѣ выгоды какого-либо ущерба интересамъ австрійскимъ и англійскимъ, и не послужитъ ли просимое "содѣйствіе" какъ-нибудь къ нарушенію "европейскаго концерта",-- которой, какъ извѣстно, у нашихъ дипломатовъ и бюрократовъ, а равно у нашихъ "космополитовъ-либераловъ" а la "Русскій Курьеръ" (все это одного поля ягода!) -- своего рода "влеченье -- родъ недуга"...