Но le mort saisit le viv, мертвые хватаютъ живыхъ, прошлое стоитъ поперекъ дороги и мѣшаетъ намъ двигаться впередъ. Воспоминаніе объ экономизмѣ, оппортунизмѣ и ихъ неизмѣнныхъ спутникахъ -- кустарничествѣ, организаціонной анархіи и т. п. еще такъ живо въ умахъ, война съ ними такъ недавно еще была въ полномъ разгарѣ, что неудивительно, если въ кругу соціалдемократовъ наканунѣ съѣзда и во время его гораздо больше были заняты мыслью о томъ, какъ бы на вѣки вѣчные оградить наше движеніе отъ такихъ зловредныхъ элементовъ, нежели вопросомъ о приведеніи нашей практики въ гармонію съ принципами, во имя и подъ знаменемъ которыхъ "Искра" и "Заря" вели борьбу съ антимарксистскими тенденціями. Это настроеніе и диктуемая имъ логика очень ясно отразились въ цитированномъ уже письмѣ товарищей изъ дальней Сибири. Для широкой, систематической борьбы съ абсолютизмомъ необходима централизованная организація, но такая соціалдемократическая организація можетъ быть вызвана къ жизни только "на почвѣ строгаго принципіальнаго единства", подъ этимъ лишь условіемъ она будетъ жизнеспособна. А потому, пишутъ упомянутые товарищи, "однимъ изъ самыхъ важныхъ -- вѣрнѣе главнѣйшимъ -- способомъ (курсивъ мой) для подготовленія "фактическаго возстановленіи Партіи" мы и считаемъ неустанную, все болѣе и болѣе энергичную, борьбу съ оппортунистическими, кустарническими и "демократическими" тенденціями, продолжающими жить среди нѣкоторой части дѣйствующихъ въ Россіи соціалдемократовъ". Большинство "искровцевъ", явившихся на съѣздъ, и проникнуто было убѣжденіемъ, что главной ихъ задачей является созданіе организаціи для выполненія этой спеціальной миссіи -- "вести неустанную, все болѣе и болѣе энергичную борьбу* съ только что на голову разбитыми внутренними врагами. Передъ этой миссіей совершенно стушевывалась предстоящая положительная задача организаціи -- углубить и расширить содержаніе дѣятельности Партіи въ духѣ революціоннаго марксизма.
"Принципъ централизаціи,-- читаемъ мы въ томъ же письмѣ -- строго проведенный при постройкѣ партійной организаціи, обезпечитъ за нею и силу, и крѣпость, и принципіальную устойчивость (курсивъ мой) и, безъ сомнѣнія, наилучшимъ образомъ отзовется на той будущей, громадной и сложной работѣ, которую предстоитъ выполнить съорганизовавшейся Р. С. Д. Р. П". По перспектива "громадной и сложной", т. е. положительной работы отодвигается въ туманную даль неопредѣленнаго будущаго а теперь не до нея, потому что передъ Партіей стоитъ гораздо болѣе неотложная, военная задача усмиренія внутреннихъ враговъ и огранченія ея механическими средствами противъ вторженія въ нее "ненадежныхъ" элементовъ. Разъ дѣло такъ стоитъ, то самое лучшее, конечно, отдать ее во власть возможно болѣе самодержавнаго центра и подъ строжайшій надзоръ его бдительныхъ агентовъ.
Такова психологическая подкладка того централистическаго фетишизма, который проявился на съѣздѣ и, повидимому, довольно сильно владѣетъ умами въ нашей Партіи.
Но что будетъ, если въ самый центръ проникнетъ зараза оппортунизма, экономизма и т. п. скверны. Нужно, стало быть, уже при "постройкѣ" партійной организаціи принять мѣры предосторожности противъ такого неожиданнаго сюрприза. Для этого, при данномъ пониманіи дѣла, нѣтъ другого средства, кромѣ учрежденія какой-нибудь надежной спеки -- надъ самимъ центромъ, т. е. организаціи другого, еще выше стоящаго центра, составъ котораго давалъ бы безусловныя гарантіи твердости и недоступности вліянію "ненадежныхъ", а, тѣмъ болѣе, прямо оппортунистическихъ элементовъ. Условія для созданія такого сверхъ центра подготовлены были всѣмъ ходомъ и исходомъ борьбы революціонной соціалдемократіи противъ антимарксистскихъ тенденцій въ соціалдемократическомъ, какъ и вообще въ революціонномъ движеніи въ Россіи. Походъ этотъ предпринятъ былъ по собственной иниціативѣ, на свой страхъ и рискъ, редакціей "Искры" и "Зари". Она же довела его до конца и при помощи своихъ "агентовъ" сыграла большую роль въ подготовкѣ и организаціи съѣзда. Въ теченіе всей этой военной кампаніи "Искры" названія "революціонный соціалдемократъ" и "искровецъ" стали у насъ синонимами, понятіями совершенно тождественными, такъ что тотъ, кто въ чемъ-нибудь расходился съ тѣмъ или другимъ мнѣніемъ, высказываемымъ отъ имени редакціи названнаго органа, и самъ не всегда смѣлъ считать себя настоящимъ революціоннымъ соціалдемократомъ. Истинная революціонная соціалдемократія въ Россіи, это -- редакція "Искры". Значитъ, вопросъ о закрѣпленіи побѣдъ революціоннаго соціалдемократизма и объ огражденіи нашей Партіи на вѣчныя времена противъ оппортунистическаго или "экономическаго" атавизма рѣшается самъ собою. Верховная власть надъ Партіей должна быть предоставлена въ руки редакціи "Искры", а Центральный комитетъ долженъ быть только коллективнымъ агентомъ этой власти, находиться подъ ея строгой опекой и бдительнымъ контролемъ.
Періодъ борьбы съ наслѣдіемъ эпохи экономизма подготовилъ намъ, такимъ образомъ, организаціонную утопію теократическаго характера: свѣтское общество отдается во власть маленькаго духовнаго органа, который, къ тому же, и по географическимъ, и по инымъ условіямъ, не можетъ даже находиться на территоріи управляемыхъ имъ подданныхъ. За недостаткомъ мѣста, а также въ виду логическихъ рамокъ настоящей статьи, я не могу останавливаться здѣсь на конкретныхъ попыткахъ осуществить эту утопію на практикѣ и на тѣхъ измѣненіяхъ, которыя она при этомъ претерпѣла. Отмѣчу только, что дебютировала она на своемъ жизненномъ поприщѣ внесеніемъ взаимнаго недовѣрія и раскола въ ряды "искровцевъ". Для людей съ политическимъ смысломъ этого дебюта вполнѣ достаточно, чтобы безповоротно осудить эту своеобразную систему управленія нашей Партіей.
Итакъ, торжество бюрократическаго централизма въ партійной организаціи -- таковъ итогъ партійной борьбы революціонной соціалдемократіи съ "кустарничествомъ". Но этотъ централизмъ по своей внутренней тенденціи -- родной братъ кустарничеству. Послѣднее резюмировало собою періодъ сближенія соціалдемократіи съ рабочими массами на почвѣ ихъ экономическаго недовольства и стихійныхъ его проявленій. Практика періода кустарничества революціонизировала рабочія массы, но не воспитывала и не объединяла ихъ для самостоятельной политической роли. Общественную тенденцію или "конечную цѣль" этой практики формулировали авторы "Credo" -- она подготовляла политическую опеку буржуазной демократіи надъ рабочими массами. Механическій централизмъ резюмируетъ періодъ "вовлеченія" этихъ массъ въ борьбу съ абсолютизмомъ, массъ, начавшихъ уже стихійно проявлять накопившееся въ нихъ раздраженіе противъ полицейскаго произвола. Періодъ этотъ завершился (еще, впрочемъ, но окончательно завершился) созданіемъ почти принципіальнаго противорѣчія въ нашей Партіи -- противорѣчія между ея идейнымъ, теоретическимъ знаменемъ и ея практикой, которая, хотя непосредственно будитъ политическую мысль рабочихъ массъ, все же, въ общемъ, мало развиваетъ въ нихъ пролетарское классовое сознаніе и еще меньше развиваетъ въ нихъ классовую политическую самодѣятельность. Словомъ, идейная оболочка -- революціонно-соціалдемократическая, а реальное содержаніе, по существу, въ принципіальномъ смыслѣ, едва ли выходитъ за рамки буржуазнаго революціонизма. Получается такой результатъ, какъ будто революціонный соціалдемократизмъ, подобно кустарническому и оппортунистическому, стихійнымъ образомъ выполняетъ только роль замѣстителя буржуазной идеологіи въ освободительномъ движеніи Россіи противъ абсолютизма. И этотъ-то результатъ, опять таки безсознательно, стихійно, отражается и фиксируется въ организаціонныхъ утопіяхъ, отмѣченныхъ печатью бюрократизма на заговорщицкой /подкладкѣ. Верховныя власти обязаны поддерживать въ умахъ марксистское правовѣріе путемъ изданія и распространенія, принципіально-выдержанной литературы" и строгаго контроля за листками и пропагандистской дѣятельностью комитетовъ. Но какъ и въ чемъ проявляется эта принципіальная выдержанность на почвѣ агитаціи, въ области политическаго воспитанія и объединенія рабочихъ массъ, какъ, однимъ словомъ, воплощаются принципы "революціоннаго марксизма" въ методахъ и содержаніи партійной практики? Этотъ вопросъ рѣшается для фетишистовъ централизаціи самъ собою, разными усовершенствованіями чисто техническаго свойства въ организаціонномъ аппаратѣ; необычайнымъ усиленіемъ соціализаціи членовъ на мелкихъ и мельчайшихъ функціяхъ, внесеніемъ строгаго порядка въ распредѣленіе и іерархію этихъ функцій, учрежденіемъ безчисленнаго множества всевозможныхъ вѣдомствъ, департаментовъ, отдѣленій, канцелярій, мастерскихъ, между которыми въ іерархическомъ порядкѣ распредѣляются профессіональные и полупрофессіональные революціонеры, въ массѣ своей превращающіеся въ столоначальниковъ, канцеляристовъ, фельдфебелей, унтеръ-офицеровъ, рядовыхъ, стражниковъ, мастеровыхъ -- или даже частицы мастера. Вся эта многочисленная армія штатскихъ, военныхъ и ремесленниковъ разбита за цѣлые ряды разсѣянныхъ, изолированныхъ другъ отъ друга муравейниковъ, копошащихся, каждый въ своемъ углу, безъ связи съ другими. Политической работы въ соціалистически-пролетарскомъ смыслѣ не видать и не слыхать. Да и кому ее выполнять, когда члены партіи превращены въ винтики, колесики, которыми, по личному усмотрѣнію, распоряжается всевѣдущій центръ?
Борьба съ абсолютизмомъ, при всемъ томъ, будетъ вестись, по меньшей мѣрѣ, съ прежней энергіей, тѣмъ болѣе, что и по этой части предусмотрѣна особая категорія спеціалистовъ. Въ концѣ концовъ, съ одной стороны -- формулы, лозунги, слова революціонно-соціалдемократическія, а съ другой -- самая что ни на есть буржуазно-революціонная работа "вовлеченія" массъ въ движеніе, конечнымъ результатомъ котораго въ самомъ лучшемъ, самомъ идеально благопріятномъ случаѣ было бы кратковременное господство радикальной демократіи, опирающейся на пролетаріатъ. Странно какъ то, по поводу такихъ, отмѣченныхъ печатью, канцелярскихъ измышленій, организаціонныхъ утопій обращаться за историческими аналогіями къ эпохѣ Великой французской революціи. Но все же для характеристики исторической тенденціи этой утопіи приходится рискнуть на это. Въ концѣ пути, на который она увлекаетъ наше движеніе, свѣтится, какъ, блестящая точка, якобинскій клубъ, т. е. организація революціонно-демократическихъ элементовъ буржуазіи, ведущая за собою, при посредствѣ societes populaires, то бишь, децентрализованныхъ периферійныхъ народныхъ обществъ, наиболѣе активные слои пролетаріата {Это, конечно, утопическая перспектива, но за то она, по крайней мѣрѣ, гораздо болѣе соблазнительна, чѣмъ трезвенно-либеральная перспектива, о которой мечтали авторы Credo, и больше гармонируетъ съ общимъ революціоннымъ подъемомъ и размахомъ нашего движенія въ настоящій моментъ.}. И если, какъ говоритъ Марксъ по поводу Великой французской революція, "въ классически строгихъ преданіяхъ римской республики борцы за буржуазное общество нашли идеалы и искусственныя формы иллюзій, необходимыя для того, чтобы скрыть отъ самихъ себя буржуазно ограниченное содержаніе своей борьбы", то отчего бы исторіи не сыграть съ нами злую шутку, облачивъ насъ въ идейный костюмъ классически-революціонной соціалдемократіи, чтобы скрыть отъ насъ "буржуазно-ограниченное содержаніе" нашего движенія? Но мы постараемся перехитрить исторію. Да это и не такъ уже трудно. Періодъ политической агитаціи и восходящаго движенія революціонной соціалдемократіи не мало положительнаго создалъ и для дальнѣйшей работы въ смыслѣ принципіально-пролетарской политики. Выше уже указано было на элементы такого рода, подготовленные этимъ періодомъ. Само собою ясно, что устраненіе того противорѣчія въ нашемъ движеніи, которое развилось въ послѣднее время, не можетъ быть дѣломъ однихъ только индивидуальныхъ усилій нѣсколькихъ лицъ. Оно потребуетъ коллективныхъ усилій всей партіи, сознательной иниціативы массы практиковъ, которымъ придется отъ спеціализированныхъ кустарей-техниковъ подняться на уровень политическихъ дѣятелей. Это, разумѣется, несовмѣстимо съ бюрократическимъ режимомъ въ партіи, которому придется сдаться при первыхъ же шагахъ наиболѣе самостоятельныхъ элементовъ партіи на новомъ пути -- или же превратиться въ оплотъ, орудіе для новыхъ оппортунистическихъ тенденцій, но уже не экономическаго, а политическаго характера {Когда хранители завѣтовъ кустарничества боролись или защищались противъ революціонныхъ марксистовъ, они только задерживали успѣхи послѣднихъ и мѣшали дѣлу партійнаго объединенія, котораго еще но было, къ которому еще только стремились. Если же теперь наши партійныя учрежденія, вмѣсто того, чтобы стать во главѣ передовыхъ элементовъ партіи, начнутъ тѣснить ихъ и третировать, какъ крамольниковъ, то они будутъ играть роль дезорганизаторовъ партіи -- во имя формальнаго, безсодержательнаго централизма и-сознательно или безсознательно -- въ интересахъ оппортунизма политическаго.}. Но чѣмъ систематичнѣе и энергичнѣе мы пойдемъ по пути реформированія нашей практики въ принципіально-пролетарскомъ смыслѣ, тѣмъ быстрѣе исчезнетъ почва изъ-подъ ногъ у сторонниковъ системы централизма, уродующей и компрометирующей самый принципъ централизма. На Западѣ, гдѣ рабочія массы политически сознательны и принципіальная пролетарская политика на теоретическомъ базисѣ марксизма является не абстрактнымъ идеаломъ, а реальнымъ фактомъ, гдѣ рабочая партія сама, какъ коллективный организмъ, воплощаетъ въ себѣ принципіально-соціалистическое сознаніе, организаціонные проекты, основанные на идеѣ административнаго подчиненія цѣлой партіи одному или нѣсколькимъ хранителямъ или олицетвореніямъ доктрины, немыслимы не только какъ факты, но и какъ глубоко затаенная мечта какого-нибудь честолюбиваго фантазера, вдохновляемаго преданіями о диктатурѣ Швейцера. У насъ абсолютизмъ является, конечно, благодарной почвой для произрастанія такихъ плодовъ. Тѣмъ не менѣе, и этотъ источникъ централистическихъ излишествъ окажется безсильнымъ обезпечить имъ жизнеспособность, когда практика соціалдемократическал поставитъ наше рабочее движеніе на такую почву, которая сдѣлаетъ невозможнымъ или, по крайней мѣрѣ, затруднитъ противопоставленіе горсти избранныхъ носителей соціалдемократической сознательности массѣ рабочихъ и массѣ практиковъ, какъ представителямъ "стихійности", "безсознательности".
II.
Общереволюціонныя и пролетарскія тенденціи въ нашемъ движеніи.
(16 января, 1904 г., No67).