С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что мир есть то же, что и согласие.
Ведь сказал же Августин, что «мир людей есть упорядоченное согласие»[334]De Civ. Dei XIX, 13.. Но мы в настоящем случае ведем речь именно о мире людей. Следовательно, мир есть то же, что и согласие.
Возражение 2. Далее, согласие – это единство устремлений. Но природа мира как раз и состоит в такого рода единении, поскольку, как говорит Дионисий, мир объединяет и создает всеобщее единомыслие[335]De Div. Nom. XI, 1.. Следовательно, мир есть то же, что и согласие.
Возражение 3. Далее, вещи, противоположности которых совпадают, тоже совпадают. Но одно и тоже противоположно и согласию, и миру, а именно неустройство, по каковой причине читаем, что «Бог не есть Бог неустройства, но – мира» (1 Кор. 14:33). Следовательно, мир есть то же, что и согласие.
Этому противоречит следующее: между нечестивыми возможно согласие в зле. Но «нечестивым нет мира» (Ис. 48:22). Следовательно, мир не является тем же, что и согласие.
Отвечаю: мир предполагает не только согласие, но и ещё нечто сверх того. Поэтому там, где есть мир, есть и согласие, но не везде там, где есть согласие, есть и мир, если употреблять слово «мир» в строгом значении.
В самом деле, согласие в строгом смысле есть согласие людей в том, в чем согласны их сердечные устремления в отношении одного и того же. Но человеческое сердце подчас может склоняться к разным вещам, причем двояко. Во-первых, со стороны различных желающих способностей; так, чувственное желание иногда склоняется к тому, что противно разумному желанию, согласно сказанному [в Писании] о том, что «плоть желает противного духу» (Пап. 5, 17). Во-вторых, со стороны одной и той же желающей способности, склоняющейся к разным объектам желания, которые она не может получить одновременно, вследствие чего неизбежно происходит столкновение движений желания. Но для мира сущностно необходимо единение таких движений, поскольку в сердце человека не наступит мир до тех пор, пока он не получит то, что он хочет, а тем более в том случае, если он, получив то, что хотел, продолжает хотеть что-то еще, что нельзя получить одновременно с тем, что уже получено. С другой стороны, это единство не является сущностно необходимым для согласия, по каковой причине согласие означает единство желаний различных людей, в то время как мир помимо этого означает единство желаний каждого человека.
Ответ на возражение 1. Августин здесь говорит о том мире, который бывает между несколькими людьми, и при этом подчеркивает, что этот мир есть не всякое согласие, но – упорядоченное, то есть согласие одного человека с другим в отношении того, что приличествует им обоим. В самом деле, если один человек соглашается с другим не по собственной воле, а потому, что принужден к этому, например, страхом перед некоторым окружающим его злом, то такое согласие в строгом смысле слова не является миром, поскольку покой порядка каждого из согласных не соблюден, а нарушен некоторой внушающей страх причиной. Поэтому несколько выше он говорит, что «мир есть спокойствие порядка», каковое спокойствие состоит в том, что все движения желания в одном человеке одновременно успокаиваются.
Ответ на возражение 2. Когда один человек соглашается в чем-то с другим, то такое согласие не соединит их вместе совершенным образом, если одновременно с этим не будут согласны все движения их желаний.