Усѣвшись, она закинула одну ногу на другую, нагнулась корпусомъ впередъ, уперлась локтемъ о мощное свое колѣно, а свѣжое и красивое лице положила себѣ на руки; и въ такомъ видѣ, съ головой, наклоненной нѣсколько на бокъ, съ улыбкой на губахъ, играя всѣми пятью ямочками, съ ясными глазами, устремленными на коррежидора, преспокойно ожидала объясненія въ любви его милости.
Бѣдняга хотѣлъ что-то сказать, да такъ и остался съ открытымъ ртомъ, въ экстазѣ передъ этой величественной красотой, этой восхитительной прелестью, этой могучей женщиной, съ алабастровымъ цвѣтомъ лица, роскошнымъ тѣломъ, яснымъ и улыбающимся ртомъ, голубыми и безконечно глубокими глазами -- созданной, казалось, для кисти Рубенса.
-- Фраскита!..-- шепнулъ наконецъ королевскій намѣстникъ замирающимъ голосомъ, въ то время, какъ морщинистое его лице, покрытое потомъ, выражало сильнѣйшее томленіе и грусть.-- Фраскита!...
-- Я здѣсь,-- отвѣчала дочь Пиринеевъ -- Вамъ что нибудь угодно?
-- Все, что ты пожелаешь, отвѣчалъ старикъ съ безпредѣльною нѣжностью въ голосѣ.
-- Но то, что я желаю,-- сказала мельничиха -- уже извѣстно вашей милости. Я желаю, чтобы ваша милость назначила секретаремъ городскаго аютаміенто моего племянника въ Эстельѣ, которому такимъ образомъ можно будетъ перебраться сюда изъ горъ, гдѣ ему приходится терпѣть нужду и всякія лишенія...
-- Я тебѣ уже говорилъ Фраскита, что этого сдѣлать невозможно. Теперешній секретарь...
-- Воръ, пьяница и плутъ!
-- Мнѣ это хорошо извѣстно. Но у него сильная рука у городскихъ совѣтниковъ, а я не имѣю права назначить секретаря, не заручившись согласіемъ на то городскаго совѣта. Иначе, я подвергаюсь опасности...
-- Подвергаюсь опасности!.. Подумаешь, какая штука!.. Всѣ мы въ этомъ домѣ готовы были бы подвергнуться опасности изъ-за вашей милости!