-- Я уже давно говорила тебѣ объ этомъ,-- отвѣтила наварритянка.-- Но пусть онъ себѣ страждетъ!.. Осторожнѣе, Лука, смотри, не упади!
-- Не безпокойся; я держусь крѣпко. Ты нравишься также и сеньору...
-- Слушай, можешь оставить про себя свои новости,-- перебила она его.-- Я лучше тебя знаю, кому я нравлюсь и кому нѣтъ! Увы и ахъ! Если бы я точно также могла узнать, отчего я не нравлюсь тебѣ!
-- Оттого, что ты очень некрасива, отвѣтилъ дядя Лука.
-- Смотри, чтобы некрасивая и какая я еще тамъ ни на есть, да не взобралась къ тебѣ на шпалеры и не сбросила тебя оттуда на камни внизъ головою.
-- Могло бы скорѣе случиться, что я не далъ бы тебѣ сойти внизъ и удержалъ бы тебя здѣсь наверху...
-- Отлично, нечего сказать... А когда мои поклонники явились бы, они сказали бы, что ты и я -- пара обезьянъ.
-- И были бы правы относительно меня, потому что я со своимъ горбомъ дѣйствительно похожъ на обезьяну.
-- Съ горбомъ, который мнѣ какъ нельзя болѣе нравится.
-- Въ такомъ случаѣ, тебѣ еще больше понравился бы горбъ коррежидора, такъ какъ онъ значительнѣе моего.