Ксана. Папочка, вы на моей памяти говорите лет двенадцать, что вы не жилец на этом свете. И мама рассказывала, что вы ей это всю жизнь говорили. А на самом деле, папочка, вы здоровы как бык! Не сердитесь. (Снова его целует.) Десять дней под дождем ехали в телеге, и хоть бы вы насморк схватили. ( Смеется.) Василий Иванович, а долго, вы думаете, немцы нас здесь продержат?
Ершов. Ровно столько, сколько им вздумается.
Ксана. Ну, все-таки?
Ершов. Порядок такой: комендант обо всех нелегально прибывших посылает запрос немецкому командованию в Киев. Оттуда и приходит ответ... Если приходит.
Антонов. А бывает, что отказывают?
Ершов (с удовольствием). Сколько угодно.
Ксана (с ужасом). И что же тогда?
Ершов. Тогда комендант отсылает под стражей обратно, за красные огни.
Ксана (так же). За какие красные огни?
Ершов. А вот посмотрите. (Подводит их к левому окну.) Видите, горит линия красных фонарей, Это граница. За ней товарищи.