Слав. (медленно сошелъ съ террасы, сѣлъ, опустилъ голову. Пауза). Мама!... Сейчасъ мой тонъ съ тобой... преступленье.
Мар. Льв. (съ раздраженіемъ). Ахъ, ты находишь?
Слав. Прости, мнѣ такъ больно! (Припалъ къ ея рукѣ)
Мар. Льв. (въ тонѣ еще звучитъ обида). Я понимаю... у тебя большое горе... но ( пожала плечами) упрекать меня!... И несправедливо и жестоко! Неужели ты и теперь не понялъ, что представлялъ изъ себя вашъ бракъ?. Развѣ у васъ были общіе идеалы?.. Да и какіе они у современныхъ Татьянъ, изломанныхъ, безъ почвы?... И вотъ, finita la comedia!
Слав. (съ горькой усмѣшкой). Скорѣе... траги-комедіи.
Мар. Льв. Въ вашемъ разрывѣ, самое печальное -- положеніе ребенка,-- этого маленькаго существа: о немъ подумай!
Слав. Бѣдный мальчикъ!
Мар. Льв. ( подошла, говоритъ мягче). Такъ воспитай его... твоя обязанность... Ты оскорбленъ... да; что же, опуститься или наложить на себя руки?.. Да вѣдь твоя супруга будетъ торжествовать!.. А ты устрой такъ свою жизнь, чтобы въ будущемъ твой сынъ могъ гордиться тобой... Для Колгушиныхъ, для Тани, цѣль жизни, ея смыслъ -- только деньги и наслажденье, а для насъ съ тобой, я полагаю,-- нѣчто другое. А что ждало тебя въ будущемъ: работать, писать, писать кровью своего сердца и при этомъ быть нравственно одинокимъ въ своей семьѣ. Что можетъ быть ужаснѣе...
Слав. Разсудкомъ я во всемъ согласенъ съ тобой... но въ душѣ... (Короткая пауза. Говоритъ медленно, съ глубокимъ надрывомъ). Если бъ ты знала, мама, какая мука! (Сжалъ нервно руки). Живого мѣста въ душѣ не осталось...
Мар. Льв. (минута колебанья, чувство любви, жалости побѣдило; охватила руками голову Славушки, прижала къ себѣ). Бѣдный, бѣдный ты мой! (Зарыдала). Я тебя понимаю.. Но ты долженъ справиться съ собой, долженъ!