42) Кто намерен или желает преобразовать государство, с тем чтобы преобразования его были приняты с удовольствием всеми, необходимо должен сохранить по крайней мере тень древних учреждений так, чтобы народ и не подозревал о перемене порядка, хотя бы в действительности новые учреждения не имели ничего общего с прежними (Рассуждения. С. 166).
43) По самому своему устройству она [республика] всегда действует медленнее, и потому ей труднее нарушить свои обязательства (Рассуждения. С. 221).
44) Желания же народов свободных редко вредят свободе, потому что возбуждаются или угнетением, или подозрением, что их желают угнетать (Рассуждения. С. 124).
Народ желает двух вещей: во-первых, отомстить тому, кто стал причиною его рабства; во-вторых, восстановить свою свободу... Что касается до другого желания народа -- восстановить сою свободу, то государь не может его удовлетворить и должен рассмотреть, какие причины побуждают народ желать свободы. Он найдет, что весьма немногие желают свободы из властолюбия; огромное большинство желает свободы для безопасности (Там же. С. 152--153).
Кроме того, нельзя добросовестно удовлетворить знатных, не обижая других, а народ можно, потому что цели у народа более правые, чем у знати. Она хочет угнетать, а народ -- не быть угнетенным (Государь. С. 64).
Если не трогать имущество и честь людей, то они вообще довольны жизнью (Там же. С. 86).
45) Люди никогда не соглашаются на новый закон, водворяющий в городе новый порядок, если не будут вынуждены крайней необходимостью (Рассуждения. С. 118).
В самом деле, не было ни одного законодателя и вообще основателя в народе новых установлений, который не ссылался бы на Бога, потому что иначе учреждения его были бы отвергнуты, ибо только мудрый человек может видеть множество преимуществ, не имеющих в себе достаточно очевидности, чтобы в них точно так же убедились и другие (Там же. С. 142).
От свойственного людям неверия, так как они не верят в новое дело, пока не увидят, что образовался уже прочный опыт (Государь. С. 53--54).
46) Народ лучше сохраняет существующие учреждения, так что сами законодатели отчасти обязаны постоянству народа славою прочности своих учреждений... Когда народ возненавидит какое-нибудь учреждение, он целые века пребывает в своем убеждении: иное дело государи (Рассуждения. С. 218--219).