Обезоруженных офицеров оказалось пятнадцать человек. Их построили и увели.
У входа в палатку, рядом со знаменем полка, Васяткин пристроил красное знамя — подарок совета города.
* * *
С первого же дня своего возникновения комитет напряженно заработал.
В полку нашлись эсеру и меньшевики. Они не прошли в комитет и всячески старались затруднить его работу. Они проповедовали необходимость войны до победного конца. Требовали освобождения арестованных офицеров. Грозили, что Временное правительство, защищающее свободу, не потерпит взбунтовавшихся солдат, и что полк сотрут в порошок. Говорили они еще, что большевики врут, будто в стране живется плохо, выступали против братания. Но эта враждебная агитация успеха не имела.
Избранные в комитет Нефедов, Васяткин, Щеткин, Хомутов и Хлебалов тут же распределили между собой работу. Хлебалов взялся распространять газеты, присланные на позицию, но задержанные распоряжением Филимонова. Газет накопилось много десятков тысяч штук. Тут были «Листок правды», «Рабочий и солдат» и «Пролетарий».
Хомутов взял на себя хозяйственную часть полка. Нефедов — оперативную. Щеткина назначили заместителем Нефедова, а Васяткин оставил себе работу по руководству всем комитетом.
В первый же день была созданы ротные и батальонные комитеты. Установили связи с первым полком бригады, стоявшим на позиции. Выехали туда Васяткин и Щеткин. Солдаты первого полка присоединились и избрали свой комитет.
Послали в турецкие окопы предложения прекратить военные действия. Турецкое командование охотно согласилось и прислало в подарок комитету сорок штук рогатого скота. В ответ на это первый полк отблагодарил своих недавних врагов пятью мешками сахара рафинада, двадцатью ящиками махорки и сотней пудов муки.
Уже к вечеру между солдатами той и другой стороны завязалась дружба. Бойцы полка бесстрашно ходили в гости к турецким янычарам, а янычары отдавали ответные визиты в русские окопы.