— Нет, необходима декретная кампания, — отстаивали другие.
— Декретная кампания, — говорил с трибуны человек в синих очках, — есть по сути дела наиболее безболезненный и верный путь захвата власти в Москве. Нужно провести наши мероприятия через совет и затем, действовать дальше.
— Преждевременно брать власть! — горячо кричал третьи. — Меньшевики еще сильны. Они пользуются авторитетом в рабочей среде. Левые эсеры — в крестьянстве. С ними нужно считаться. Все-таки бывшие революционеры. Если и возьмем, то не удержим власть.
Прения закончились. Актив принял предложение декретировать совет единственной властью через совет же.
Щеткин сидел, до боли сжимал брови, напряженно слушал, но многого не понимал. Но всем своим существом он стоял за немедленный переворот. В конце заседания он подошел к Друю и спросил:
— Зачем время зря тратим? Правильно Ленин говорит. Нужно брать власть. Мы спим, а противник готовится.
— Наверно, нужно так, если ждут, — вместо Друя ответил Стрельцов. — На пленуме совета победа все равно будет на нашей стороне.
* * *
Над гордом навис пасмурный октябрьский вечер.
Щеткин и Друй шли вверх по Тверской к совету. По обеим сторонам улицы сияли окна магазинов. На панелях сновали толпы народа. Масса офицеров и чиновников двумя потоками лилась вверх и вниз.