— Вчера с вечера наши патрули обстреляли юнкера. Восемь человек убито, пятнадцать ранено. Юнкера злы, как черти.
За дверьми кабинета, где работали члены ревкома, послышался голос:
— Товарищ Щеткин и товарищ Друй, идите ко мне.
В кабинете за письменным столом сидел Кворцов с бледным, усталым лицом.
— Садитесь, товарищи, — сказал он, когда Щеткин и Друй вошли.
— У нас новости, — поглядывая на Щеткина, говорил Кворцов.
— Ну-ка, наших жмут?
— Нет, не жмут, — отвечал член ревкома, теребя поседевшие усы и бороду. А молодцы вы, право слово. Ха-ха-ха! Мне звонили сейчас из комитетов меньшевики и эсеры. Очень возмущаются варварством. Ваших рук дело?
— Наших, товарищ Кворцов.
— Молодцы. А меньшевики кричат, что мы распинаем демократию, и пугают нас демократами-юнкерами. Ха-ха-ха!