— Ну, прощай. Хорошее дело.
— Васенька, я к тебе буду заходить навещать. Можно?
— Заходи, пожалуйста!
— Поцелуй меня, милый, любимый, на прощанье поцелуй.
Гончаренко, махнув рукой, отошел в сторону. А Маруся, оставшись на месте, с укором посмотрела ему вслед.
* * *
Сколько здесь было войска?
Армия хитрого Воронина, бесстрашного Ратамонова, и всякие военно-революционные отряды: баталпашинцы, устьлабинцы, некрасовцы, пятихатковцы, отряд кубанцы, просто кубанцы, георгиевцы, просто лабинцы, елизаветинцы, урюпинцы и многие еще — и пешие и конные.
А сколько разных начальников и каких начальников!
Черноусов, что сам зарубил потом сотню офицеров под Тихорецкой, матрос Борщов, который ни бога, ни чорта не боялся и со своими двумя сотнями терцев расколотивший около двух тысяч алексеевцев, вешавший каждый генеральский погон на хвост своего скакуна. Были здесь и начальники без войска, как черноморский Тихомиров, утверждавший, что за ним идет тридцать тысяч и что только сидят они пока дома, так как о мелкие дела не хотят руки пачкать.