— Итак, комиссия должна приступить к обследованию немедленно.
— Мой штаб стоит в ста верстах отсюда. Только завтра мы сможем быть там, — сказал Воронин.
— Хорошо, мы договорились. Переходим к следующим делам. Слово имеет товарищ Грабуль от чрезвычайной комиссии.
Светлоглазый чахоточного вида человек, откашлявшись, начал говорить:
— Товарищи, в крае напряженное состояние. Казачество, подстрекаемое духовенством и агентами белых, волнуется. Происходят недоразумения на почве передела земли. Вы все знаете, что казаки раньше были в привилегированном положении по сравнению с иногородними. Они имели много земли. Но иногородних в крае не меньше, чем казаков. При наделе малоземельных иногородних приходятся отрезать землю у богатых казаков. На этой почве станицы расслаиваются, и казачество в ряде мест определенно идет на удочку белых.
Тревожные вести ползут отовсюду. Немцы занимают Дон. Украину и хотят итти на Северный Кавказ. Они помогают корниловцам. У Каспия орудуют банды Дутова и Семенова. В Сибири мятеж чехословаков. Они идут на Москву. Революция в опасности. Нужно стальное единение. Нужна централизованная армия, подчиненная единому руководству.
— Это хорошо. А кто же за главнокомандующего будет? — спросил Воронин.
— Обещают прислать из центра старого большевика, некоего товарища Драгина.
Гончаренко и Васяткин переглянулись.
— Можно было бы из своих выделить, — недовольно заявил Воронин.