Пытались тут же восстановить связь с ратамоновским отрядом, но безуспешно. Город уже был окружен сплошным кольцом восставших.
По радио сообщили в центр и в штаб восточной группы действующей Красной армии. Через три часа был получен ответ:
Вы отрезаны. Белые банды обошли с фланга весь округ, прорывайтесь. Спасайте ценности. Отступайте немедленно к Ф. для соединения с Красной армией.
Проверив радиотелеграммы еще раз, штаб и ревком отдали приказ о срочном отступлении. Денежный запас банков и казначейства спешно погрузили на автомобиля и вывезли за город по дороге в Ф. Тем временем враги повыползали уже из всех щелей. По городу гремела стрельба из окон, за которыми прятались недруги. Полноянов и Драгин спешно выехали на фронт. Но навстречу им, у городской черты, мчались отряды казаков, во главе с офицерами в погонах. Повернув лошадей обратно, они поскакали вслед за отступающими красными частями, но и этот путь был уже отрезан враждебной кавалерией.
Тогда они бросили лошадей и, прячась за деревья и припадая к заборам, пробежали так с полгорода. Вот и фабричная окраина.
— Спрячемся у ребят, — сказал Драгин тяжело дыша. — Ночью или улепетнем в горы или останемся, для того чтобы развернуть подпольную работу. Там будет видней.
— Иного не придумать, — согласился с ним Полноянов. — Какие мы дураки были… Кому доверяли… Отныне нет офицера в нашей армии без комиссара большевика.
А над городом уже звенели колокольные перезвоны. Сердито гудели железные басы, задорными трелями рассыпались в мокром от дождя воздухе колокольчики.
Прекратилась стрельба.