Прошло с полчаса. Наконец, из кабинета вышел конвойный офицер. Выбрал из стражи двоих, наиболее воинственных, поставил их по сторонам Борина. Вынул из кабура наган и скомандовал: «Прямо в двери шагом марш».
Стиснутый с двух сторон стражниками, подталкиваемый сзади дежурным офицером, Борин ввалился в кабинет Комдива. В просторной светлой комнате, за большим письменным столом, заваленным бумагами и газетами, сидел лысый бритый офицер. Над ним на темных обоях стены, красовалась готическая таблица: «Личный секретарь Е. В. П. Комдива».
— Подождите здесь, поручик, — сказал он конвойному офицеру. Я пойду доложу.
Он без стука вошел в большую дубовую дверь направо. Опять потянулись томительные минуты ожидания. У Борина закружилась голова. Захотелось спать.
«Вот церемонные черти, — мысленно выругался Борин. — А впрочем все равно». Он покосил глазами направо. В упор на него смотрели черные подстерегающие глаза. Хищный профиль с плоским, как у птицы носом, серое лицо, у щек изрытое оспой. Острый подбородок и темные губы, длинной веревочкой. «Ну и рожа», — подумал Борин. Его почему–то стал душить смех. Он обернулся в левую сторону. Там на него смотрела такая же рожа, только с щетинистыми, тараканьими усами и выпученными глазами.
— Эй, ты, стой смирно, — окрикнул его сзади конвойный.
* * *
Вышел лысый офицер. Сказал: «заводите» и величественным жестом показал на дверь. Стиснутый с двух сторон, Борин ввалился в другую комнату.
На фоне голубых обоев стояла черная резная венская мебель. В углу красовался белый мраморный камин. Рядом с ним стояло трехцветное знамя с орлом на верху. На окнах цветы с большими листьями. Напротив дверей, у стены, помещался большой стол, покрытый, вместо сукна, двумя трехцветными знаменами. И стол, и камин, и знамена отражались в блестящем навощенном полу. За столом сидело пять человек, одетых в офицерские мундиры. Лица серьезные и нахмуренные. В центре стола развалившись сидел офицер, с генеральскими зигзагами на погонах, в бакенбардах и пенснэ. Остальные все были гладко выбриты и причесаны.
— Ближе сюда, — бархатным голосом сказал офицер в бакенбардах. — Еще ближе. Так. Ну‑с.