И вдруг среди полного молчания слышит Федор, как весело и громко засмеялся генерал.
— Ага, нашел! Узнаем, — сквозь смех закричал на всю площадь генерал. — Адъютанты, осмотреть у пленных руки. Ха–ха! Кто между ними окажется со свежими мозолями на руках, тех мы всех и расстреляем. В последнее время у них мобилизации не было вовсе — кроме партийных. Следовательно, кто окажется с мозолями, тот или доброволец или коммунист. Не так ли?
Вся свита улыбалась генеральскому хитроумию: «Необычайно. Непостижимо».
— А выборку сделают мои верные казаки. Они это умеют делать запросто. Итак, приступайте. Ну!
* * *
И точно в кошмарном сне видит Федор из своей щели небывалый воинский смотр. Расфранченные адъютанты ходили вдоль ряда пленных и внимательно осматривали у них ладони рук. На выхоленных лицах расплывались пьяные улыбки. Пошлые шуточки и циничные грубости сопровождали этот смотр. Красноармейцев, у которых как видно были свежие мозоли на руках, тотчас же выводили из строя. И видит Федор, как многие пленные падали, как подкошенные, на землю. Они были не в силах выстоять на ногах до своей очереди. А адъютанты били упавших по чем попало ногами. — Эй, сволочь, поднимайся — кричали они при этом. У Федора кружилась голова от гнева и ненависти. «Скорей бы вечер» — шептал он.
* * *
И видел Федор дальше… Смотр окончен. Жатва оказалась тучной. Больше половины пленных было выведено из строя. Доложили генералу. Тот, не прерывая веселого разговора с офицером, небрежно махнул рукою.
— Начинайте, — сказал он и не спеша стал раскуривать толстую сигару.
Обреченных отвели к штабу и присоединили к ним санаторцев.