Это была очень маленькая, полутемная каморка с простым некрашеным столом и такими же скамьями.
-- Потрапезуйте со мной, -- предложил Сергий, -- есть у меня хлебушка свежий -- сам сегодня испек, -- водица хорошая, ключевая, да малость рыбки печеной...
Великий князь и владыка разделили с преподобным скромную трапезу, только отец Михаил ни до чего не дотронулся и с оттенком пренебрежения смотрел на скудные снеди.
По окончании трапезы Димитрий Иоаннович сказал преподобному:
-- Черные времена приходят, отче... На Москву вороги ополчаются...
Он передал святому о замыслах Михаила тверского, о возможности одновременного нападения на Русь Литвы и Орды.
-- Твои молитвы, отче, доходны до Господа. Помолись за меня да за Русь православную.
-- Доходны ль мои молитвы до Господа, о сем и мыслить не смею. По неизреченной милости Своей Господь порою дает мне по вере моей. А я за тебя, княже, первый молитвенник. Молитвы мои, княже, всегда с тобою. А ты не робей духом -- сие грех. На милость Божию надейся. Бог поможет... Не хощет Он, милостивый, погибели чад Своих...
И долго говорил святой Сергий. Слова его были просты, безыскусственны. Он говорил о неисчерпаемом милосердии Божием, о Его любви к людям, о том, что нет такого трудного дела, такого подвига, который нельзя было бы свершить, уповая на помощь Божию.
Целительным бальзамом была речь преподобного для смятенной души великого князя.