А сердце мучительно просило воли.
-- Не пойдешь, так я сейчас сторожа придушу и все равно сгину ни за грош, -- решительно промолвил старик.
Потом добавил:
-- Андрон одвуконь ждет тебя за углом у твоего дома... А твоя казна вот, возьми.
Он сунул ему кошель.
-- Ах, Матвеич, родимый, за тебя боязно!
-- Не бойся, соколик. Ну, иди с Богом!
Старик закрестил его.
-- Скоро, что ли? А то и тебя здесь запру, -- послышался окрик сторожа.
Большерук толкнул Кореева к дверям, а сам упал на солому.