Боярышня быстро повернулась и вышла.
-- Кто это? Сестра? -- спросил Марк.
-- Падчерица.
-- Зачем ты ее прогнала? Сама же говорила про девичью жизнь.
-- Пусть терпит. И я терпела, и другие терпят, она что особенная? -- раздраженно говорила боярыня.
"Э! Да ты с перцем! -- подумал боярин, глядя на свою собеседницу. -- Ишь, глаза-то будто съесть хотят!"
Вообще Василиса Фоминична теперь показалась ему значительно менее красивой. Что-то грубое, жесткое различил он в чертах ее лица.
-- Вот жернов-то мне навязался на шею эта Танька! -- продолжала между тем молодая вдова. -- Хотела замуж выдать, чтобы избавиться от нее -- не берут.
-- Не берут? Да что ты! -- не мог удержаться от удивленного возгласа боярин.
-- Честное слово! Ледащая, говорят, девка. Да она и в самом деле какая-то дохленькая.