Ответ не замедлил появиться в образе десятка вооруженных дубинами мужиков, выступивших из-за деревьев.
Кречет-Буйтуров не успел опомниться, а уже несколько пар рук схватились за узду коня и самого боярина тянул с седла мужичина свирепого вида, приговаривая:
-- Ну-ка, лезь с коня долой!
-- Что вам надо? -- спросил Марк.
-- Гмм... Чудное дело! Коня твоего надо, одежки твоей! Отдашь добром все -- иди себе тогда куда знаешь, -- со смехом сказал тот же мужик, который стаскивал Марка Даниловича с седла.
-- Так это вы грабить средь бела дня?! Эй! Ко мне! Ко мне! Грабят! -- крикнул Кречет-Буйтуров, хлеща разбойника по лицу тяжелой нагайкой.
-- А! Так ты не хочешь добром! Мы ж тебя! -- загалдели разбойники, и тяжелые удары посыпались на боярина.
Он защищался как мог, продолжая звать на помощь. Но борьба была неравна. Скоро он был сбит с седла. Чье-то тяжелое колено придавило ему грудь. Блеснул нож.
"Конец! Смерть! Неужели смерть?" -- мелькнуло в голове молодого человека. И эта мысль показалась ему какой-то дикой, невозможной.
А смерть близилась.