Друзья подбежали к окну. Яркое зарево виднелось вдали.
-- Что это горит? Уж не моя ли усадьба? -- промолвил Марк.
-- Нет, твоя в стороне будет, а это... это... -- и вдруг Александр вскрикнул не своим голосом: -- да ведь это усадьба Степана Степановича горит! Она, она! В той стороне больше нечему. Гей, холопы! Коня, скорей коня!
Через несколько минут все трое уже скакали к пожарищу.
XXXV. Порченый холоп
-- Что такое с Филькой сталось? Был весельчак парень, а теперь ходит хмурый, что туча, и все молчит да о чем-то думает, -- рассуждали между собою холопы Степана Степановича.
-- Испортили его, -- многозначительно сказал один из них. -- Видали, вчера нищий на двор заходил к нам?
-- Ну, видали.
-- Вот этот самый на него порчу и напустил.
-- Полно молоть-то! И допреж того Филька хмурился.