-- Боярышне Катерине Степановне низкий поклон, -- насмешливо сказал он. -- Что, пришла посмотреть, как Ильюшка расправу чинит с твоим батюшкой? Изволь, покажу!
И он опять занес нож над Кречет-Буйтуровым.
Девушка кинулась к нему.
-- Не тронь! Не убивай! -- воскликнула она, схватывая его за руку.
Атаман опустил нож и покрутил ус. Новая мысль зарождалась в его мозгу.
-- Не трогать? Добро! А только пусть он мне наперед вернет мою Груняшу. Не вернет, чай? Как же быть? А так я его помиловать не могу. Разве вот что, не взять ли заместо Груни мне тебя в полюбовницы?
Катя с ужасом отпрянула от него.
Илья расхохотался.
-- Претит? Холоп, вишь, я! Тебе б с боярином. А ты то смекни, что теперь я уж и не холоп, а атаман разбойников удалых, что теперь я поболее всякого боярина. Решил я честь тебе оказать -- быть тебе моей полюбовницей. Дай-ка я тебя поцелую, боярышня.
Он обнял боярышню. Она вырвалась и отбежала.