-- Как так?
-- А так -- пусть, говорит, у меня бояре под началом служат.
-- Кичливый у тебя батька. Ай, да и спасибо же тебе! Пойду теперь моего уламывать.
-- А как не уломаешь?
-- Уломаю! -- с уверенностью ответил Топорок.
И, действительно, он уломал отца. Теперь помех к отъезду в Углич не было. Одно заставляло его призадуматься: как кинуть доверенную ему Марком вотчину да еще в такую пору, когда начинаются посевы. Об этом он раздумывал всю дорогу от Москвы до усадьбы. Какова же была его радость, когда холоп при въезде доложил ему:
-- Боярин приехал.
-- Какой боярин?
-- Да Марк Данилович.
Тихон Степанович не верил своим ушам. Но пришлось поверить, когда он увидал самого Кречет-Буйтурова, вышедшего на крыльцо. Он так и повис у Марка на шее.