А Наденьке, конечно, было горше всех. Она сидела, сжавшись в комочек, смотрела на небо и думала:
„Наверно, Ира бы катушку удержала, и Таня бы удержала, а я не удержала“.
Вова подбежал к Наденьке и закричал сквозь слёзы:
— Лётчик бы пролетел на самолёте, — он бы поймал! Может быть, еще пролетит!
Таня подсела к Наденьке, упёрлась локтями себе в коленки и положила голову на руки:
— Не может быть, чтоб такая птица совсем пропала, — бодро сказала она, но тут же громко вздохнула и слизнула с губы слезинку. — Вот увидишь, сама не знаю как, а будет у нас опять птица. Будет — и всё!
— Правильно, Таня, — подтвердила Нина Павловна.
Но прошёл час, за ним ещё час; прошёл обед, прошёл полдник, а птицы не было видно.
Под вечер
На склоне высокой горы росли зелёные кусты. Их было очень много, и росли они ровными рядами. Это был виноградник.