Впрочемъ, у васъ останется утѣшеніи; въ краткій промежутокъ междуцарствія вы не дремали, и туго на туго набивали свои бездонные ростовщичьи карманы, хватая на лѣво и на право и при этомъ подписывая манифесты объ уничтоженіи хищенія, о водвореніи правды.
II.
Мы стоимъ наканунѣ грозныхъ событій. Если героическая молодежь не нанесетъ скоро страшнаго и неожиданнаго удара, и народъ не возстанетъ на допотопныхъ чудовищъ, мы неудержимо быстро пойдемъ на распаденіе; насъ задушитъ Европа, сотретъ съ кровью и грязью. Страна, выносящая безъ кровавой революціи Александра III, не имѣетъ не только тѣни историческаго будущаго, но даже отсрочки существованія. Россія, имѣющая во главѣ Александра III, не только не въ состояніи бороться съ Европою, но она во второй разъ не выдержитъ столкновенія даже съ одной Турціей: прогрессъ, свобода, гуманность на ея сторонѣ.
Ничтожные рабы, скопцы, безропотно валяющіеся передъ остервенѣлымъ идіотомъ, который, потерявъ голову, въ слѣпомъ ужасѣ мечется въ своей клѣткѣ, созидая ежесекундно планы, передъ которыми всѣ средневѣковыя безобразія не болѣе, какъ филантропическія забавы, недостойны историческаго призванія; такая падла зачумляетъ безграничное пространство, по которому она разбросана; живыя націи рискуютъ задохнуться.
Жить болѣе такъ нельзя. Мы идемъ къ ножамъ, топорамъ, бомбамъ, очистительному пламени революціи, или къ самоубійству, страшно быстрому разложенію.... Распростертая въ страшныхъ корчахъ страна, стаи голодныхъ волковъ, рвущіе съ завываніями клочья больнаго, изстрадавшагося тѣла, тучи воронья, кружащіяся надъ добычею, рои песьихъ мухъ, производятъ такое подавляющее впечатлѣніе, что кровь стынетъ отъ ужаса и сердце изнываетъ въ груди,
Жить болѣе такъ нельзя. У насъ впереди или смерть, или великая побѣда; середины для насъ болѣе не существуетъ: она растоптана вмѣстѣ съ Александромъ II.
Палача Александра III долженъ неизбѣжно смѣнитъ грозный, безпощадный судья, великій палачъ революціи
1 ноября, 1881 г.