Но этотъ ничтожный случай, нарушившій невыносимое однообразіе его жизни, доставилъ ему еще большее удовольствіе, чѣмъ самая ѣда.
Дѣло милосердія теперь повторялось почти каждый день. Иногда, кромѣ мяса и хлѣба, ему просовывали виноградъ и другіе чудные сочные плоды этого южнаго климата. Онъ ломалъ себѣ голову, чтобы разрѣшить эту загадку. Ему хотѣлось открыть своего таинственнаго благодѣтеля, не только чтобы благодарить его, но просить, чтобы эти благодѣянія распространялись и на другихъ его товарищей-узниковъ, особенно Юліано. Кромѣ того, онъ надѣялся чрезъ него получить какія нибудь извѣстія изъ внѣшняго міра, или отъ своихъ собратьевъ по заключенію, что было для него дороже пищи.
Въ началѣ онъ подозрѣвалъ, что это былъ помощникъ тюремщика, котораго звали Хереро.
Этотъ человѣкъ былъ добрѣе Беневидео. Карлосу иногда казалось, что ему хотѣлось даже заговорить съ нимъ. Но онъ боялся коснуться этого вопроса, опасаясь, чтобы этимъ не навести подозрѣній на своего невидимаго благодѣтеля.
Это бывало обыкновенно раннимъ утромъ, когда открывались наружныя двери. Если тому, кто просовывалъ въ дверь свертки, случалось запоздать, то Карлосу слышались легкіе торопливые шаги, точно ребенка.
Наконецъ насталъ одинъ день, отмѣченный бѣлымъ въ хроникѣ его тюремной жизни. Послѣ того, какъ по обыкновенію, въ келью были просунуты хлѣбъ и мясо, послышался легкій стукъ въ нижнюю часть двери. Карлосъ, стоявшій около нея, отвѣчалъ съ живостью: "кто тамъ".
-- Другъ. Наклонитесь, сеньоръ, и приложите свое ухо къ рѣшеткѣ.-- Узникъ прислушался и до него долетѣлъ женскій голосъ, говорившій шепотомъ:
-- Не падайте духомъ, сеньоръ, Друзья думаютъ о васъ.
-- Одинъ другъ не покидаетъ меня и здѣсь,-- отвѣчалъ Карлосъ.-- Но я умоляю васъ, назовите мнѣ имя того, кого я долженъ благодарить ежедневно за милосердіе, облегчающее мою участь.
-- Я бѣдная женщина, сеньоръ, служанка тюремщика. То, что я вамъ приношу, принадлежитъ вамъ, и это только малая часть.