-- Увы, это правда. Знаете ли вы его послѣднюю причуду? Онъ говоритъ, что навсегда отказался отъ докторовъ. Онъ повидимому составилъ себѣ объ нихъ такое же дурное мнѣніе,-- простите меня, кузенъ,-- какъ и о духовныхъ.
-- Не можетели вы уговорить его обратиться къ вашему дркгу, доктору Лозада?
-- Я пробовала, но понапрасно. Если говорить правду, кузенъ,-- сказала она, приближаясь въ нему и понижая голосъ,-- то существуетъ другая причина, сдѣлавшая его такимъ. Никто и не подозрѣваетъ объ этомъ кромѣ меня; я всегда была его любимою сестрою. Но только вы должны обѣщать мнѣ, что будете хранить это въ тайнѣ.
Донъ Карлосъ далъ просимое обѣщаніе, представляя себѣ, что подумала бы его вузина, если бы она догадалась о той тайнѣ, которая хранилась въ его собственной душѣ.
-- Вы слышаля о свадьбѣ дона Жуана де-Каресъ и Богорвесъ съ донной Франциской де-Варгасъ?
-- Да; и считаю его счастливымъ человѣкомъ.
-- Знаете вы его сестру, донну Марію де-Богорвесъ?
-- Я встрѣчалъ ее. Блѣдная, величаваго вида блондинка. Она не любитъ развлеченій, но очень ученая и благочестявая, какъ мнѣ говорили.
-- Вы едва повѣрите мнѣ, донъ Карлосъ, если я вамъ скажу, что эта блѣдная, тихая дѣвушка составляетъ предметъ всѣхъ помысловъ Гонзальво. Какъ ей удалось покорить это безпокойное молодое сердце, я уже не знаю; но оно принадлежитъ ей одной. Конечно у него были мимолетныя увлеченія, но это его первая и единственная страсть.
Карлосъ улыбнулся.