-- Чтобы Фра Себастіанъ заболѣлъ простудой, или горный воздухъ показался ему нездоровымъ, или чтобы онъ нашелъ хорошее мѣсто въ своемъ излюбленномъ Комилутумѣ; {Complutum -- Алкала,-- древній испанскій городъ, основанный римлянами.}.
-- Съ нами можетъ выйдти еще хуже какъ съ тѣми, которые ищутъ хлѣба лучше пшеничнаго,-- отвѣчалъ Карлосъ со смѣхомъ.-- Пожелай еще что нибудь Жуанъ; и хорошенько этотъ разъ... самое лучшее изъ твоихъ желаній.
-- Что же другое, какъ отыскать нашего отца?
-- Ну, а послѣ того.
-- Ну, еще разъ съѣздить въ Севилью, увидѣть лавки, бой быковъ и большую церковь; побиться съ нашими кузенами и протанцовать качучу съ донной Беатрисой.
-- Я не иду на это. Иные люди ѣдутъ за шерстью и ворочаются обстриженные. Хотя мнѣ также нравится донна Беатриса.
-- Шшъ! Идетъ Долоресъ.
Въ комнату вошла высокая, худая женщина, въ черномъ шерстяномъ платьѣ, съ бѣлой повязкой на головѣ. Благодаря чернымъ волосамъ съ просѣдью и блѣдному, исхудалому, изсушенному заботами лицу, она казалась старше своихъ лѣтъ. Когда-то она была прекрасна; но казалось, что красота ея сгорѣла въ огнѣ какихъ-то ужасныхъ мукъ, а не завяла постепенно съ годами. Со всею горячностью сильной глубокой натуры она сосредоточила всю свою любовь на дѣтяхъ своей бывшей госпожи и молочной сестры. Только благодаря ея распорядительности и энергіи, удалось сохранить жалкій остатокъ ихъ наслѣдія. Она окружала ихъ всѣми удобствами, насколько то позволяли средства; хотя, какъ истая испанка, она въ каждый моментъ готова была пожертвовать всѣмъ этимъ, еслибъ того потребовалъ ихъ санъ и достоинство ихъ имени. Она держала теперь открытое письмо въ рукѣ.
-- Молодые господа,-- сказала она, обращаясь къ нимъ съ тою формальною манерой, которой никогда не покидала,-- я принесла вашимъ сіятельствамъ хорошія вѣсти. Вашъ благородный дядя, донъ Мануэль, намѣренъ осчастливить замокъ своимъ посѣщеніемъ.
-- Въ правду, хорошія вѣсти! Я такъ радъ, какъ будто вы мнѣ подарили атласный колетъ. Вѣроятно онъ возьметъ насъ въ Севилью,-- воскликнулъ Жуанъ.