-- Онъ учитъ только правдѣ Божіей.
-- Отчего-же ты не удовлетворишься его ученіемъ, вмѣсто того что бы искать еще лучшаго хлѣба чѣмъ пшеничный, Богъ знаетъ гдѣ?
-- Когда я вернусь въ городъ на слѣдующей недѣлѣ, я все объясню тебѣ.
-- Я жду этого, пока же прощай.-- Онъ сдѣлалъ нѣсколько шаговъ, потомъ обернулся и сказалъ:-- Мы съ тобою, Карлосъ, всегда будемъ стоять рука объ руку, хотя-бы весь свѣтъ былъ противъ насъ.
XVII. Престарѣлый монахъ
Свиданіе Карлоса съ донъ Жуаномъ много ободрило его. Гнѣвъ брата,-- котораго онъ больше всего страшился,-- миновалъ его. Жуанъ обнаружилъ напротивъ столько сердечности, терпимости и желанія выслушать его, что все это поражало его и возбуждало самыя радужныя надежды.
Онъ скоро замѣтилъ, что совѣтъ уже кончился, такъ какъ мѣстами между деревьевъ виднѣлись фигуры въ бѣлыхъ и коричневыхъ сутанахъ. Онъ вернулся въ монастырь никѣмъ незамѣченный и вошелъ въ залу собраній. Въ ней оставался только одинъ старый монахъ,-- самый престарѣлый изъ братьевъ. Онъ сидѣлъ у стола, съ головою, обхваченною руками, и его изсохшая фигура дрожала отъ рыданій. Карлосъ подошелъ къ нему.
-- Что съ вами, отецъ? -- спросилъ онъ тихо.
Старикъ медленно поднялъ свою голову и посмотрѣлъ на него грустными, усталыми глазами, уже созерцавшими болѣе восьмидесяти лѣтъ жизни.
-- Сынъ мой,-- отвѣчалъ онъ,-- я плачу отъ радости.