-- И кто познакомилъ тебя съ этими ужасными ученіями?
Карлосъ вкратцѣ разсказалъ ему о своемъ первомъ знакомствѣ съ Новымъ Завѣтомъ, ничего не упоминая однако о тѣхъ изученіяхъ, съ которыми было связано первое чтеніе его; онъ не считалъ также нужнымъ называть при этомъ имя Юліана Фернандецъ.
-- Церковь можетъ нуждаться въ реформѣ. Я увѣренъ въ этомъ,-- сказалъ Жуанъ.-- Но Карлосъ, братъ мой,-- и его лицо при этомъ приняло выраженіе нѣжнаго участія,-- въ старыя времена ты былъ такой боязливый... подумалъ-ли ты о всѣхъ опасностяхъ? Я уже не думаю теперь о позорѣ... одинъ Богъ знаетъ про то... тяжело объ этомъ подумать... тяжело,-- повторилъ онъ съ горечью.-- Но опасности?
Карлосъ хранилъ молчаніе, полные мысли глаза его были устремлены къ небу; можетъ быть онъ молился.
-- Что это на твоей рукѣ? спросилъ вдругъ Жуанъ, перемѣняя тонъ.-- Кровь? Ты повредилъ руку о перстень м-сье де-Рамене.
Карлосъ взглянулъ на царапину и улыбнулся.
-- Я и не замѣтилъ этого, Рюи,-- сказалъ онъ,-- такъ возрадовалось мое сердце при крѣпкомъ пожатіи братней руки.-- Въ глазахъ его сіялъ какой-то особый свѣтъ, когда онъ прибавилъ:-- Можетъ быть такъ будетъ, если Христосъ потребуетъ, чтобы я пострадалъ. Какъ ни слабъ я, но увѣренность въ его любви можетъ дать мнѣ такую силу, что я не почувствую ни страха, ни боли.
Жуанъ не вполнѣ понималъ его, но былъ страшно потрясенъ. Ему трудно было говорить долѣе. Онъ поднялся и пошелъ медленными шагами въ молчаніи по направленію къ монастырскимъ воротамъ; Карлосъ слѣдовалъ за нимъ. Передъ самымъ прощаньемъ Карлосъ сказалъ:
-- Ходилъ-ли ты на проповѣди фра-Константино, какъ я тебя просилъ?
-- Да, и онѣ привели меня въ восхищеніе.