Она перевела дух и повела плечами.
-- Как пришла вчера ночь, мне не спится... все чудится.
-- Что чудится, Марфа Васильевна? -- спросил князь Иван.
-- Все чудится... он, лиходей... Дверь скрипнет -- чудится, мышь пробежит -- чудится; в окно ветка забьется -- чудится... Я встала, оделась. Месяц глядит такой большой, красный... жуть берет... А тут они и пришли... налетели на двор, кричат: "Царь приказал!" После слышу: меня кличут. Из окна увидела я, кто: тот самый, что за мною шел, Гришка Грязной, царский опричник... как к огню ближе подошел, так я его и узнала...
Князь Иван сжал кулаки.
-- Расплачусь я с ним, Марфа Васильевна!
-- Не надо! -- робко сказала она и взглянула на него с мольбой. -- Господь с ним... а тебе, князь, головы не сносить, как тронешь опричника... Лучше свези меня к батюшке в Новгород... да тетушке скажи: жива, мол, Марфа...
Она вдруг вспомнила и залилась слезами.
-- Разорили они гнездо ее, кромешники. Жива ли она, сердешная!
Власьевна замахала руками.