Простыя слова священника смђшили напыщенныхъ испанцевъ. Краснокожіе -- дикари, люди? Эта мысль имъ казалась положительно забавной. Они были глубоко убђждены, что Богъ создалъ краснокожихъ для удобства бђлыхъ.
Предсказаніе Ласказаса скоро оправдалось: въ одну ночь дикари напали на испанскіе корабли, кидая въ команду большія раковины и камни.
-- Что вы скажете теперь?-- говорили бђшено испанцы Ласказасу,-- или еще будете ихъ защищать?
-- Ихъ уже защитило Небо,-- отвђчалъ спокойно Ласказасъ,-- потому что передъ Небомъ всђ равны.
Однако, нападеніе индђйцевъ было такъ яростно, что Колумбъ рђшился стрђлять. За выстрђлами послђдовали отчаянные крики, и индђйцы отступили.
Маленькую флотилію ожидала новая буря. Она длилась девять дней съ ужасною-силою. Корабли, источенные червями тропическаго моря, дали течь; провизія совершенно испортилась;
-- Братья мои и духовныя: дђти!-- говорилъ Ласказасъ,-- если намъ суждено умереть, умремъ безъ ропота, безъ проклятій, простя: другъ другу обиды... Кто: хочетъ облегчить душу,^-я готовъ принять...
Колумбъ коротко отдавалъ приказанія; поглощенный распоряженіями, онъ, казалось, совсђмъ забылъ о сынђ. Но на самомъ дђлђ душа его ныла за судьбу Фернандо, котораго онъ такъ неосмотрительно взялъ съ собою въ это опасное путешествіе.
Фернандо крђпился, но Инеса видђла, что хрупкій организмъ его надломленъ отъ истощенія и страха. Въ минуту сильнђйшей опасности эта женщина выказала всђ высокія качества своей души. Ея мужъ работалъ около Колумба, а она взяла на себя попеченіе о больномъ сынђ адмирала и поила его какою-то травою, цђлебныя свойства которой были ей одной извђстны.
Однажды утромъ взглянувъ на море, Инеса поблђднђла, и лицо ея исказилось судорожной болью. Выпрямившись во весь ростъ, она торжественно указала на горизонтъ и вдохновенно заговорила: