-- Навѣрное, Колба -- это Чипанго,-- сказалъ Колумбъ.-- Друзья, мы близки къ цѣли. Боюсь, что мы помѣшаемся, увидѣвъ землю, состоящую сплошь изъ золотого песку.
Въ концѣ октября испанцы уже плыли къ Колбѣ или къ Кубѣ, какъ этотъ островъ былъ названъ впослѣдствіи. Дикари сопутствовали ему, какъ проводники.
Флотилія остановилась возлѣ устья рѣки. Прелестная картина развернулась передъ европейцами. Берега рѣки живописно заросли травою; въ кустахъ пѣли красивыя птицы; вдали голубѣли воздушныя очертанія горъ. Дикари, широко раскрывъ глаза и разставивъ руки, говорили что островъ очень великъ, и на пирогѣ его невозможно объѣхать.
-- Куманаканъ!-- кричали они на своемъ гортанномъ языкѣ, и показывали на берегъ.
Это слово, навѣрное, обозначало одну изъ частей острова. Колумбъ рѣшилъ, что дикари говорятъ о богатомъ Кублай-ханѣ, страна котораго Катай (Китай) лежитъ неподалеку. Онъ послалъ на развѣдки двухъ испанцевъ въ сопровожденіи индѣйскихъ проводниковъ.
Всюду, гдѣ появлялись бѣлые пришельцы, ихъ принимали съ божескими почестями. Дикари смотрѣли на нихъ со страхомъ, оживленно бормотали что-то на своемъ непонятномъ языкѣ и показывали руками то на небо, то на испанцевъ, а женщины и дѣти падали передъ ними ницъ, какъ передъ божествами.
Въ числѣ украшеній дикарей часто попадался жемчугъ. Въ деревняхъ испанцы нашли, запасъ превосходнаго длинноволосаго хлопка. Располагаясь въ хижинахъ на отдыхъ, бѣлые люди впервые познакомились съ двумя растеніями этихъ странъ, сыгравшими впослѣдствіи важную роль въ жизни европейскихъ народовъ.
Колумбъ и его спутники часто видѣли, какъ туземцы, сидя около очаговъ, гдѣ варился ихъ неприхотливый обѣдъ, тянули дымъ изъ горящихъ свернутыхъ листьевъ какого-то растенія; этотъ дымъ былъ ѣдкій, и отъ него съ непривычки у европейцевъ кружилась голова; но краснокожіе всѣ поголовно курили: мужчины, женщины, старики, даже дѣти. Они радушно приглашали бѣлыхъ гостей отвѣдать сигаръ и удивлялись ихъ нежеланію затянуться дымомъ.
Потомъ испанцы увидѣли, какъ туземцы вытаскивали изъ горячей золы какіе-то круглые сморщенные клубни съ темной кожей и ѣли ихъ съ величайшимъ наслажденіемъ. Бѣлые рѣшились тоже попробовать страннаго кушанья; оно оказалось очень вкуснымъ. Туземцы доставали эти клубни изъ корней одного растенія. Нетрудно, конечно, догадаться, что сигары были изъ листьевъ табаку, а клубни -- картофель. Послѣдній привлекъ симпатіи бѣлыхъ, но табакъ на первыхъ порахъ привелъ ихъ въ ужасъ. Впослѣдствіи это растеніе принесло испанской коронѣ гораздо больше дохода, чѣмъ пресловутое золото, за которымъ она съ такою жадностью гонялась.