И ледяной взгляд отца:
-- С кем хочешь итти против отца, сын Воин?
И сейчас этот же знакомый голос, только в нем нет прежней ледяной мерзлой окаменелости, живой он, полный упрека и боли:
-- С кем хотел против отца итти, сын Воин? Планам моим построить Россию помешать удумал? Пошто?
Воин заговорил, захлебываясь, горячо, обжигая отца словами:
-- И строй Русь, батюшка! Нешто я тебе в том не приспешник? Нешто я тебе говорил речи бранные, лаяльные, колкие? Токмо просил за них, молил слезно. Был гы допреж в иноземных государствах, видал там наемников, живут лучше наших. Нешто их обличье такое звероподобное? Замерзают наши, с голоду пухнут, -- нешто в иных землях не лучше? Пошто с тех земель пример не берешь?
Ордин-Нащокин весь съежился, вдруг стал похож на скупого маленького старикашку нищего с паперти, прижимавшего к себе жадно сумку с подаянием. Голос его стал визгливо-тонким:
-- Что разумеешь, сын, в сих государственных делах? А они вот здесь, вот здесь!-- Он указал на длинные листы, испещренным мелкими цифрами и выкладами. -- Смотри. У нас должен быть свой флот. Великая в нем сила. Им победим весь свет. "Орел" да еще несколько мелких суденышек, что пустим спервоначалу по Дону, Волге в море Хвалынское за персидскими товарами пошлем, -- по моему счету с голландскими мастерами обойдется девять тысяч рублев {На наши деньги около 125 тысяч рублей довоенного времени.},-- боязно вздумать сколько. А коли я по копейке буду людишкам набавлять, у меня весь расчет по-боку, а в какую меру та копейка влезет, думал ли? Ваське копейка, да Петьке копейка, да Кузьме,-- три копейки, а сто копеек -- целый рубль! Можно ль мне рублями в государевом деле швыряться, вздумай-ка? Дай им поблажку, наемникам, что будет: ныне попросят копейку, завтра другую уж стребуют. Я казны не растратчик! Нет, нет! И то бы ты, Воин понял, -- кто копит, тот имеет. Один наемник копеечку в кису кладет, одну -- к одной, ну рубли и набирает, а другой слаще ест, всего хочет. Слыхал я, есть такие и в Дединове, что домой, как "Орла" кончат, унесут с полдесяток рублей. Я буянам не потатчик!
И уже другим тоном, весь загораясь, заговорил:
-- Мне бы только Руси благо! Я, как хороший хозяин, коплю Руси богачество. Думаешь, в земле нашей богачества мало? Вот, гляди!