Податная система. По своему характеру податная система Арагона в сущности ничем не отличалась от кастильской. Королевская казна, являвшаяся тогда также и государственной, получала пятую часть военной добычи, доходы с калоньи и от завоеванных земель, остававшихся в руках короля, и подати, взимаемые с побежденных мавров и с христианских вассалов. Среди особых податей фигурировали так называемые печа ( pécha ) и моравети ( moraveti ), которые, как полагают, были аналогичны кастильским сервисьос и монеда форера. Печа начиная с XII в. взималась с недвижимого и движимого имущества в соответствии с его размером; моравети, или мараведи, платили каждые семь лет жители, имевшие имущества на 70 сольдо. Кроме того, имелись следующие налоги и сборы: сэна ( сеnа ) — налог, аналогичный кастильскому янтару; сиса ( sisa ) — скидка в пользу казны с продаваемых товаров общего потребления[120]; треть десятины ( los iercios diezmos ) — доля десятины, которая поступала в пользу короны, духовенства и церкви; хенералидады ( gеnеralidades ) или косвенные налоги: таможенные пошлины, монополии (например, карточная монополия), налог на соль, водку и т. д. Несмотря на это, королевская казна была в очень стесненном положении.

Сеньориальные сборы (подати и повинности, которые взимались сеньорами со своих вассалов и сервов) в Арагоне были еще более многочисленны и обременительны, чем в Кастилии. Низшие классы, как свободные горожане, так и крепостные, находились в очень тяжелом экономическом положении.

Войско и флот. Арагонское войско формировалось, как и в Кастилии, путем сбора сеньориальных дружин и муниципальных ополчений, объединенных с теми силами, которые король мог собрать самостоятельно. Мы уже видели, что королям неоднократно приходилось сталкиваться с отказом дворян и даже некоторых городов участвовать в войнах. Хайме I уделял немало внимания вопросам организации вооруженных сил. Он заложил основы собственно королевского войска, формировавшегося из mesnaderos ( дружинников ), обязанных своим возвеличением королю.

У Арагона не было своего морского флота, поскольку это королевство не имело выхода к морю. После унии с Каталонией Арагон получил флот, и с этих пор все успехи каталонского флота использовались арагонскими королями. Это обстоятельство имело огромное значение, поскольку наличие флота, созданного предприимчивыми и сведущими в морском деле каталонцами, определило направление арагонской экспансии объектом которой стали страны Средиземноморья. В результате Арагон в XIV–XV вв. стал значительной средиземноморской державой.

Иностранные военные ордена (орден храмовников, орден госпитальеров и др.), укоренившиеся в Арагоне, так же, как и в Кастилии, участвовали в войнах, оказывая королям немалую помощь. Правда, благодаря своему богатству и приобретенной мощи, они представляли в Арагоне значительно большую опасность, чем в Кастилии. Арагон имел в этот период также ряд собственных орденов (Сан-Хорге де Алхама, основанный Педро II, Милосердия ( Merced ), основанный Педро Наласко и Раймундом Пеньяфортом при Хайме I). Однако эти ордена не приобрели такого значения, как уже упомянутые кастильские.

Церковь. По особенности организации и характеру прерогатив арагонская церковь ничем существенно не отличалась от кастильской, но влияние клюнийцев проявлялось в Арагоне более сильно. Мосарабский обряд был отменен в 1071 г., а отношения духовенства с папским престолом были более тесными. Нищенствующие ордена также достигли большого развития, особенно доминиканский.

Ленная присяга, принесенная Педро II папе и совпавшая по времени с проповедью клюнийцев, ознаменовала начало периода борьбы между монархом и папой, так как Рим предъявлял чрезмерные претензии на сеньориальное господство в Арагоне, в то время как дворянство и народ Арагона и Каталонии, защищая свою политическую независимость и свои привилегии, отказывались признать господство папы.

Арагон был первым государством на Пиренейском полуострове, где, по закону, обнародованному в 1197 г., были изгнаны еретики. Им предложено было в течение двух месяцев покинуть страну. «Упорствующие» подвергались сожжению на костре.

Семья. В Арагоне существовали такие же формы брака, как и в Кастилии, и баррагания была здесь столь же частой, как и там. Духовные лица, по меньшей мере до X в., имели жен, которые, согласно существовавшему обычаю, считались почти законными супругами. Характерным для арагонской области было наличие родовой или коммунистической семьи, организацию которой отражают фуэрос. В этой семье все дети жили совместно под управлением отца, или семейного совета, или одного из членов семьи (обычно старшего сына). Домашнее имущество оставалось неделимым. Когда один из сыновей женился и уходил из семьи, ему давалось приданое деньгами или натурой, но не землей, и всегда на том условии, что если он умрет бездетным, приданое должно вернуться в дом. Семейный совет имел большую силу и принимал участие во многих делах отдельных лиц. В родовую семью входили также люди, не связанные с ней кровным родством, вдовцы или престарелые холостяки, а также, как общее правило, пастухи или батраки, преданные дому и составлявшие группу так называемых приемных ( adoplados или donados ) членов семьи, которых принимали, включая их сбережения в семейный фонд.

Естественно, что этот институт, в основе которого лежало владение землей всей семейной общиной, испытывал стеснительные ограничения, которые вызывались в феодальном Арагоне обязательствами вассалитета; эта организация должна была развиваться главным образом на королевских землях и на землях городов, имеющих свои фуэрос. Там возникал средний крестьянский класс, сильный своим богатством и тесной связью с землей, который с течением времени стал играть большую роль в социальной жизни Арагона.