Но наибольшего развития и значения достигли братства, чья деятельность протекала в ограниченных рамках и которые имели характер сообществ, объединяющих лиц одной профессии. Именно корпорации такой» типа поощрялись в XIV–XV вв. королями. Наиболее характерной особенностью этих организаций является избыток предписаний, касающихся производственной деятельности. Чтобы получить конкретные представления о том, чем были эти объединения в XIII в., рассмотрим организацию башмачников Бургоса, статут которой был выработан в 1259 г. Во главе ее стоит капитул или совет ( cabildo, junia ), обладающий исполнительной властью. Решения общего характера выносятся на собраниях всех членов организации. Капитул выделяет из своего состава четырех присяжных ( jurados ) или инспекторов, которые контролируют работу башмачников во избежание злоупотреблений и хищений при использовании материалов. В статуте фиксируются также праздничные дни, в которые башмачники не должны работать, и регламентируются правила об учениках ( aprendices ), причем указывается, что ученики эти должны платить мастеру два мараведи в день. Штрафы частично предназначаются на содержание госпиталя. Эти первичные статуты, одобренные тогда лишь городским советом, были в 1270 г. утверждены королем и представляют собой уже образец подлинного цехового устава.

Подобные же особенности характерны и для статута ткачей Сории (1283 г.), устанавливающего детальные технические правила, обязательные для производства тканей. Эта регламентация (к которой мы еще вернемся в свое время) была не более как системой мероприятий ограничительного характера, проводимых городскими советами в экономической сфере, мероприятий, о которых ужа шла речь при описании особенностей организации производства в ΧΙΙ—ΧΙΙΙ вв. Следует отметить, что регламентации подвергались все более и более широкие круги ремесленников, причем в ходе развития цеховой организации более стеснительными становились правила цеховых статутов. История этих статутов на протяжении XIV в. мало известна ввиду недостатка соответствующих документов. Но зато — имеются весьма существенные данные, касающиеся рабочего законодательства и относящиеся к XIV в. Эти данные можно найти в постановлениях кортесов, в многочисленных сообщениях о привилегиях, пожалованных королями различным цехам, как, например, цеху монетчиков в Леоне (1324 г.), цеху пастухов (1347 г.) и хирургов (1324 г.). Основной вывод, который можно сделать на основании изучения этих документов, таков: если ранее цехи зависели исключительно от городских советов (без одобрения советов их статуты, по-видимому, не имели действенной силы), то уже в XIV в. явно намечается новая тенденция: цехи становятся зависимыми от короля, как главы государства, хотя городские советы все еще продолжают вмешиваться в их производственную деятельность.

Внутренняя жизнь цехов лучше всего нам известна в XV в. благодаря обилию дошедших до нас статутов, в частности статутов Севильи, Толедо и Бургоса. В XIV в. эти производственные корпорации приобретают характер истинных цехов, причем их внутренняя организация все более совершенствуется и устанавливается единый тип цехового устройства. Ремесленные объединения теряют свое значение благотворительных обществ, по типу сходных с братствами. Таким образом, они почти полностью посвящают себя строго определенным целям экономического и производственного характера или же отдают им предпочтение перед всеми остальными. Все более дифференцируются органы управления цеха и их функции: все точнее определяется весь производственный процесс; принадлежность к цеху становится обязательной, и обязательный характер приобретают испытания, которыми обусловливается прием новых членов цеха и продвижение лиц, принадлежащих к данной корпорации, на высшие ступени цеховой иерархии; кроме того, устанавливается вступительный взнос, что видно из статутов башмачников, угольщиков и изготовителей деревянных башмаков (город Бургоса). В одном из законов «Партид» особо оговариваются правила обучения учеников и размеры вознаграждения, которое они должны уплачивать мастерам.

Организованные таким образом цехи обладают собственным имуществом (недвижимым, цензами, рентами и т. п.); участвуют в процессиях наравне с членами городских советов и рыцарями; приобретают право участия в делах городского управления (статут Овиедо 1266 г.); имеют свои подразделения в войсках и принимают участие в благотворительной деятельности и в различных общественных работах (статут Бургоса 1481 г.); празднуют торжественно день своего святого — покровителя их ремесла.

Немало братств и цехов в эту эпоху было организовано мудехарами. Эти организации возникали как корпорации взаимопомощи и имели определенные религиозные и благотворительные цели.

Арагон

Классы. История различных социальных групп в Арагоне известна — далеко не в такой степени, как в Кастилии, поскольку отсутствуют основательные исследования по социальной истории Арагона, в то время как в изобилии имеются аналогичные работы, посвященные Кастилии.

Все же можно наметить основные линии развития, типичные для Арагона той эпохи. Прежде всего для первого этапа этого периода характерно дальнейшее обострение противоречий, вызванное развитием системы социальных привилегий. Оно проявляется в росте значения знати, в расширении прав дворянства относительно низших социальных групп и в том, что знать овладевает аппаратом управления страной. Для второй половины изучаемой эпохи отмечается частичная утрата знатью былых преимуществ. Подобный процесс следует рассматривать как естественную реакцию, вызванную засилием знати. В XIV–XV вв. идет жестокая борьба королей с магнатами, в ходе которой зависимые социальные группы не добились, однако, освобождения. Вызволения из неволи им удалось добиться значительно позже.

Различные законодательные акты преемников Хайме I подтверждают иерархическое подразделение дворян на рикос омбрес по происхождению ( ricos hombres de natura ) или баронов и дружинников-кавальеро ( mesnaderos caballeros ) или инфансонов.

Однако в 1451 г. кортесы в Калатаюде отменили старинный обычай, согласно которому королю предоставлялось право жаловать плебеев дворянским званием (ранее короли могли давать лицам низкого происхождения титулы инфансонов по грамоте — infanzones de fuero ). Рикос омбрес сохранили право получения от короля земель оноров ( onores ) и кавальерий[176] и право распределения этих земель среди своих вассалов. Рикос омбрес по-прежнему обязаны были отбывать воинскую службу, но требованию короля на условиях, о которых речь будет идти ниже.